10 мифов о князе Владимире

И еще одно замечание: согласно летописи, дружина пожаловалась, что воины Свенельдовы в серебре и злате, а они сами нищи и голы. Нищими, имея по 12 гривен серебром и «еще», быть просто невозможно, во всяком случае, не всем. Значит, с Игорем к древлянам наведались те, кого в походе не было, а таких явно меньше, чем ходивших. Да еще и их переполовинил князь, отправил большую часть домой. По всем законам чести тогдашнего времени (да и нынешнего) дружинники не имели права возвращаться, оставив своего князя почти одного на съедение разозленным древлянам.

Почему оставили? Можно возразить, что им просто было приказано. Но дружина не армия, давшая присягу, хоть и клялись дружинники, но клялись верно служить князю, а не слепо выполнять его приказы. Дружина имела право все обсуждать, с ней советовались, к ее мнению прислушивались (иначе почему князь по требованию дружины отправился к древлянам?). Дружинники могли оставить своего князя пусть не у врагов, но у недовольных, только если были точно уверены, что с ним ничего не случится, либо… либо, если нарочно его туда и привели.

Но второе — предательство, за которое сама дружина должна понести жесткое наказание. Должна, но не понесла. Почему?

Потому что это предательство было заказано? И тогда проще простого объяснить, мол, мы-то ничего, взяли себе понемножку и ушли, а вот жадный князь вернулся, за что и поплатился. Дружинники оправданы, никто ничего не видел, наверняка князь Мал постарался, чтобы никто из оставшихся с Игорем живым не выбрался. Но жестокая расправа с князем Игорем давала повод расправиться в ответ с самим Малом, что и было сделано. Если он поступил предательски, то свое получил сполна.

Но среди древлян не один Мал видел казнь Игоря, не один он мог рассказать… И потому расправились со всеми: послами, боярами самого Мала, наконец, с Искоростенем, сожженным вместе с жителями. Сдается, жители не открывали ворота, потому что знали, что их ждут острые мечи Свенельдовых недобрых молодцев, а те и не стремились никого выпускать. Лишние свидетели никогда преступление не украшали, потому во все времена и среди всех народов стать свидетелем преступления сильных означало подписать себе смертный приговор.

С другой стороны, даже не будучи организатором такой подставы мужа, княгиня Ольга попадала в ловушку. Не имея возможности ничего предпринять против Свенельда с его дружиной и опасаясь за маленького Святослава, княгиня Ольга была вынуждена принять все условия и делать то, что ей диктовали. Жена не должна мстить за убийство мужа, это право сыновей. Но Святослав мал, а потому мать все «взяла в свои руки», только взяла ли?

Считается, что Святослав очень любил мать. Почитать мать — закон любого народа, в том числе и для князей, потому неудивительно, что Святослав относился к матери уважительно, но далеко не всегда. Даже летопись упоминает о ссорах между сыном и матерью. Почему, что-то подозревал или просто чувствовал?

И почему Святослав так упорно рвался из родного Киева подальше, все время проводя в походах и намереваясь основать свою столицу? Что не давало покоя Святославу в городе, где родился?

Вопросы… вопросы…

Ответы на них есть, но такие, которые перечеркивают слишком многое в нашей истории, вернее, привычном ее изложении. Скупые строчки летописей могут не только рассказать, но и заставить подозревать.

Но кому понадобилось очернять князя Игоря, не печенегам же? Они не имели никакого влияния на русских летописцев. А кто имел?

Как-то сам собой напрашивается вывод: те, кому было выгодно обелить княгиню-христианку Ольгу (Святую, кстати) и очернить ее убитого мужа князя Игоря. Может, князь просто не пожелал креститься или терпеть рядом крещеную жену? Хотя к христианам в своей дружине, как и в городе Киеве, относился вполне терпимо. Кому он помешал? Конечно, византийцам, ведь князь Игорь мог уже на следующий год собрать новую дружину и повести ее на Константинополь, что же ему каждый год такие суммы выплачивать? Может, именно своей воинской силой и нежеланием подданнически дружить с Византией князь и подписал себе смертный приговор?

Зачем так подробно о сыне Рюрика, если вообще неясно, был ли Игорь его сыном?

По двум причинам, во-первых, официально князь Игорь первый Рюрикович и вовсе не хочется, чтобы о нем помнили только ложь, старательно внедренную в головы потомков его убийцами.

Во-вторых, память о князе Игоре яркий пример того, как искажали, искажают и, наверное, еще немало времени будут делать историю (не только русскую), как трудно докопаться до правды. Трудно, но можно, значит, стоит это делать.