100 запрещенных книг: цензурная история мировой литературы. Книга 2

«Исповедь» Жан-Жака Руссо была опубликована посмертно, но он завершил сочинение незадолго до своей смерти в 1778 году. В этом объемном дневнике Руссо воссоздает век, в котором он жил, воссоздает политику и общество Франции XVIII столения. Кроме того, он страдает от того, что один из биографов назвал «моральным эксгибиоционизмом», и производит впечатление человека, преследуемого желанием открывать «непристойные и легкомысленные подробности своей сексуальной жизни». В книге открыто обсуждаются отношения Руссо с Терезой Левассер, его любовницей, с которой он прожил шестнадцать лет и к которой «всегда относился как к жене». Эти двое прижили пятерых детей — всех их отправили в воспитательный дом. Руссо признается, что он так мало интересовался этими детьми, что даже не сохранил записи с их именами и датами рождения.

Несколько конкретных фрагментов в «Исповеди» спровоцировали попытки запретить книгу. Начало своего сексуального развития Руссо возводит к моменту, когда его тридцатилетняя няня, сестра священника, отшлепала его по голому заду. Он говорит, что это «определило мои вкусы, мои желания, мои страсти, меня всего на всю остальную жизнь…<…>…этот странный, по-прежнему упорный и доведенный до извращенности, до безумия…» В некоторых местах откровенно говорится о пристрастии Руссо к мастурбации в том отношении, что он рисковал здоровьем и считал себя эпилептиком: «Соблазненный этим пагубным преимуществом распоряжаться девушкой (без ее согласия — А. Е.), я стал разрушать дарованный мне природой крепкий организм…»

Находясь в римско-католическом приюте в Турине после бегства из протестантской Женевы, шестнадцатилетний Руссо осуждает новообращенных сестер из приюта: «Это были отъявленные распутницы, самые отвратительные потаскухи, какие когда-либо оскверняли своим непотребством лоно церкви Господней». Монахи не менее похотливы, особенно один из них, который «часто целовал меня со страстью, что я находил малоприятным… Он хотел забраться в мою постель… и в итоге совершил ужасную вещь, попытавшись принудить меня, схватив за руку, сделать это с ним». Руссо заявляет, что ничего не знал об истинных намерениях других молодых людей.

Читатель вовлечен не только в обсуждение подробностей сексуальной жизни писателя, не менее подробно изложены в «Исповеди» и его проблемы с простатой в более зрелом возрасте. Престарелый Руссо обнаружил потребность часто мочиться, но уважаемый писатель и философ так часто был в обществе, что не мог найти подходящего уголка во внутреннем дворе, чтобы облегчиться.

ЦЕНЗУРНАЯ ИСТОРИЯ

Длинная «Исповедь» Руссо запрещалась в основном из-за сексуального содержания и откровенного обсуждения шестнадцати лет совместной жизни с любовницей. В 1821 году «Исповедь» оказалась в ряду произведений, которые Этьен Антуан, епископ Труанский, упоминает в своем послании французскому духовенству, в котором он подтверждает все цензурные указы, выпущенные французской церковью и личные указы Парижского архиепископа,

«в которых эти сочинения были запрещены как нечестивые и кощунственные, а также как направленные на подрыв основ морали и государства. Мы запрещаем, согласно церковным законам, печатание или продажу этих книг на территории нашей епархии и мы предписываем главам священников выполнять это предписание и следить, чтобы необходимое наказание было назначено всем, кто признается в непослушании».

Авторитет католической церкви во Франции, по-видимому, считался достаточным, чтобы регулировать этот вопрос, и прошения о помещении сочинения в «Римский индекс» запрещенных книг подано не было. И все же с целью укрепления авторитета, папа Пий VII поместил «Исповедь» в список запрещенных книг «Римского индекса» от 1806 года и позже подтвердил запрет из-за сексуальных приключений, описанных Руссо.

В 1892 году «Исповедь» Руссо была вовлечена в тяжбу «Уортингтон Бук Паблишинг Компани», которая испытывала финансовые трудности. Уполномоченный на проведение ликвидации компании хотел продать часть ассортимента компании, включая «Арабские ночи», «Историю Тома Джонса», «Науку любви», «Гептамерон», «Гаргантюа и Пантагрюэля», «Декамерон» Боккаччо и «Исповедь», чтобы уплатить кредиторам, но Энтони Комсток включился в дело, чтобы выступить против продажи. Он просил у суда официального сожжения книг. Суд отклонил эту просьбу (см. «Арабские ночи» и «Декамерон»).