100 запрещенных книг: цензурная история мировой литературы. Книга 2

Годом позже роман стал камнем преткновения на «Дебатах о благопристойности» в Сенате США между сенатором Нью-Мехико Бронсоном Каттингом и сенатором Юты Ридом Смутом. Катгинг работал над поправками к законодательству по цензуре, а сенатор Смут выступал против реформы («Сенатор Смут сеет смуту» — гласил один из заголовков в прессе). В том же году при обыске книжного магазина, организованном прокурором Филадельфии, было изъято триста книг, и среди них «Любовник леди Чаттерли», «Фанни Хилл» и «Благоуханный сад». Это положило начало кампании по запрещению продажи «непристойной литературы» в городе. В это время Массачусетский Верховный суд подтвердил приговор Делейси, и тому пришлось просидеть четыре месяца в тюрьме.

В 1944 году Джон Самнер, действуя от лица нью-йоркского «Общества за искоренение порока», конфисковал экземпляры «Любовника леди Чаттерли». Книга попала в черный список «Национальной организации за приличную литературу» и была в нем вплоть до 1953 года.

Роман в сокращенном варианте был выпущен спустя тридцать лет после первой публикации. Полная версия, со всеми «неприличными выражениями» и сексуальными сценами, вышла в «Гроув Пресс». Как только роман был опубликован, главный почтмейстер Кристенбери издал приказ, запрещающий его пересылку. Издатель возбудил против него дело в федеральном суде, и судья Фредерик Ван Пелт Брайан согласился с истцом, отменив запрет. Он обосновал свое мнение тем, что современные общественные стандарты уже признали книгу по всей стране:

«Свобода самовыражения и гласность, которую секс и сексуальные отношения получили в настоящее время, не нуждаются в обсуждении. Один за другим выходят популярные романы с откровенными описаниями сексуального акта, часто повторяемыми четырехбуквенными словами. Эти тенденции прослеживаются в периодических изданиях, эти темы обсуждаются в приличном обществе, отражаются в кино, рекламе, одежде и других областях. Многое из того, что сейчас допускается, могло шокировать общество еще поколение назад. Теперь к подобным вещам относятся терпимее, независимо от того, согласны мы с этим или нет.

Я полагаю, что в свете развития нашего общества, этот английский роман не превосходит границ терпимости, допустимых в обществе для произведений о сексе и сексуальных отношениях».

Апелляционный суд согласился с постановлением судьи Брайана.

В 1959 году главный почтмейстер Саммерфилд принял решение продолжать изымать «Любовника леди Чаттерли» из почтовых пересылок, заявив, что книга полна «грязных», «бесстыдных», «оскорбительных», «непристойных» и «омерзительных» слов и, кроме того, описаний половых актов. Он заявил, что подобные «грязные слова и фразы» уничтожают какие бы то ни было литературные достоинства книги.

В Англии в 1960 году было возбуждено уголовное дело против «Пингвин Букс Лимитед», когда издатель анонсировал первое полное издание «Любовникаледи Чаттерли». Прокурор Гриффит-Джонс предложил присяжным лично проверить книгу, дабы ответить на два вопроса: «Готовы ли вы держать подобную книгу у себя в доме? И та ли эта книга, которую вы позволили бы читать вашей жене или вашим слугам?» Адвокат защиты возразил, что роман в целом не является непристойным, за исключением некоторых слов и сцен. Тридцать пять экспертов, представленных защитой, подтвердили литературные достоинства произведения, присяжные заседали три дня, прежде чем сняли с «Пингвин Букс Лимитед» все обвинения. Когда в палате лордов обсуждали процесс, оправдавший книгу, несмотря на описание сексуальных отношений между хозяйкой поместья и ее егерем, у пэра, который был согласен с решением суда, спросили: «И вы позволите это читать своей жене?» Он ответил: «Я не буду возражать, если моя жена прочтет это, но вот насчет моего егеря — не знаю».

В 1965 году Трибунал по неприличным публикациям Новой Зеландии рассматривал издание «Любовника леди Чаттерли» в мягкой обложке, чтобы решить, можно ли считать его неприличным, несмотря на то, что издание в твердой обложке не было запрещено к ввозу или продаже. В это время издание в твердой обложке продавалось в Новой Зеландии по цене 16 шиллингов, а издание в мягкой — по 5 шиллингов. Трибунал признал, что роман «является серьезным произведением автора, занявшего достойное место в английской литературе» и что «текст в обоих изданиях идентичен и разницы между ними нет, предисловие и введение также не различаются».