12 повестей Марии Французской

Уж если дал ГосподьТаланта и ума —Не стоит избегатьНи чтенья, ни письма.Увидел – записал.И смотришь – семенаУже взошли, цветут,Прошли сквозь времена.Услышал – повтори.А тот, кто рядом был,Не слышал ничего.Что помнил – все забыл.А ты-то видел знак —Луч солнца, например.Вергилий делал так,И старенький Гомер.Для тех, кто слаб умом,Приходится творить.Им надобно сказатьИ трижды повторить.И ключик повернутьВ заржавленном замке —Чтоб звякнул бубенецНа самом языке.Взяла – перевелаЯ все на тот язык,Который вам знаком,И всяк к нему привык.Пусть многие брались —Иных давно уж нет…Слова еще нашлись,Да потеряли цвет.И вот я приняласьЗа сказочки в стихах —Чтоб не перевеласьИстория в веках.

Чтоб шел за ночью день,Чтоб миром Бог владел.Чтоб знала место тень,А демон – свой предел.Нет в мире короля,Которому смогуВсе песни перепеть,Что в сердце берегу.А если уж найдуМужчину без грехов,Тотчас ему отдамТетрадь своих стихов.…Кому ж не дал ГосподьТаланта и ума —Пусть избегает хотьИ чтенья, и письма.

Гижмар

Когда рассказ хорош —там зернышко на дне.Ты зернышко найдешь, а сладко будет мне.Счастлива та страна, где добрые делаТворятся дотемна, и ночь у них светла.Могучи их цари, и тюрьмы там пусты.Светлы монастыри, а пастыри просты.Мы знаем много слов, но лучшие – тихи.И что нам до ослов, не верящих в стихи?Хочу вам рассказать негромким голоскомИсторию одну, добытую тайком.Бретонцы говорят: в стране забытых фейИстории лежат, но ты найти умей!

* * *

В то время правил Хёль,удачливый король.При нем – один сеньор.О нем скажу, позволь.Прекрасный кавалер звался Оридиал —Семейный человек, придворных идеал.С супругою своей он проводил часы —И дал им Бог детей невиданной красы.На то и есть Бретань, там имя – как удар.Девчушку звать Ноган, а мальчика Гижмар.Уж как их любит мать и ласковый отец —Но время вылетать из гнездышка, птенец!И юноша идет на службу к королю.Все юноше идет – как я это люблю! —Доспехи, стремена, и скачки, и бои…Вот были времена любимые мои!И юноша не ждет,что грянет волшебство —Во Фландрию идет, там яростней всегоВ огне далеких стран сражался кавалер…Но был один изъян: на женщин, например,Он вовсе не глядел, неясно почему,И ни одна из них не нравилась ему.Нет, более того: он избегал любви,Как будто бы и так носил ее в крови.Уже чуть-чуть смешондля преданных друзей,Невинен, отрешен живет наш ротозей.Но вот пришел домой.Сестра, отец и мать —Его наперебой ласкать и обнимать.Со всеми ровно мил, без радостей иных,Он целый месяц жил в семье,среди родных.

* * *