1421 - год, когда Китай открыл мир

Карты Британского адмиралтейства, на которых изображены острова бассейна Карибского моря[210], позволили мне по-новому взглянуть на этот обширный район. В 1421 г. участки суши, которые нынче находятся под водой, представали перед взглядом путешественника в виде длинных отмелей, островков с плоским рельефом, а также скал и рифов, о которые разбивались волны, образуя вокруг них пенящиеся буруны. К примеру, отмели и рифы у острова Большая Багама (Great Bahama), протянувшиеся от острова Андрос (Andros Island) к югу в направлении Кубы, в 1421 г. представляли собой длинный участок суши, достигавший широты тропика Рака. Даже сейчас там есть места, где, если верить военно-морской лоции, обросшая кораллами песчаная коса «едва прикрыта водой»[211]. Китайскому картографу XV в. все пространство от Кайо-Гуайява (Cayo Guajava), что в центре северного побережья Кубы, вплоть до широты, на которой расположен Майами, должно было представляться длинной полоской суши, своего рода продолжением острова Кубы. Когда китайцы достигли Кубы, ветра и течения потащили их корабли вдоль северо-восточного побережья острова, а потом дальше на север — к островам Андрос и Большая Багама. Надо сказать, остров Андрос в наши дни — любимое пристанище подводников. Там у юго-восточного побережья есть огромная глубоководная впадина, где резвятся капитаны атомных подводных лодок, гоняя свои суда на всех режимах в безмолвных глубинах океана. Иногда субмарины развивают Там скорость до 40 миль в час, что равняется скорости курьерского поезда. Закончив учения, субмарины всплывают, и их Команды сходят на берег, чтобы поваляться под пальмами на прекрасных пляжах Андроса, потягивая «Бакарди» или кока-колу. Если, как я предполагаю, китайский флот шел в тех краях ночью, то китайцы не заметили бы покрытых водой отмелей в длинной полоске земли на западе и, как следствие этого, не нанесли бы их на карту. Кстати сказать, именно так и показано на карте Кантино. Когда я прикинул, как могла бы выглядеть современная карта этого района, если бы воды Карибского моря вдруг опустились на один фатом — то есть на одну морскую сажень (6 футов), — то неожиданно выяснилось, что многие мелкие лагуны между островами Карибского моря сразу бы выступили из воды и превратились в участки суши. Я «подправил» современную карту в соответствии со своей теорией и сравнил ее с картой Кантино. Похоже, моя очередная догадка опять оказалась верной: «модернизированная» мною карта почти во всех деталях совпала с изображением на карте Кантино. Я с облегчением перевел дух — карте Кантино снова можно было доверять.

Теперь мне необходимо было выяснить, не вычертил ли карту Кантино какой-нибудь испанский или португальский картограф, ходивший по Карибскому морю вместе с Колумбом в 1492 г. Как-никак, о карте Кантино впервые упоминается в 1502 г., то есть через 10 лет после путешествия генуэзца. Несколько известных ученых до сих пор не могут сойтись во мнении, где именно высадился Колумб, когда вошел в воды Карибского моря: у острова Самана или у острова Кэт (Samana Cay, Cat Island).

Нет единого мнения у ученых и о том, в каком месте на побережье Кубы Колумб ступил на землю, когда подошел к этому острову. Увы, надо признать, что Колумб и те, кто ходил ι ш его каравеллах, были никудышными картографами. Так, в своем первом путешествии Колумб, вычисляя географическую широту, на которой находилось его судно, ошибся на целых 20°и без всякого на то основания полагал, что находится у побережья Новой Шотландии (Nova Scotia). В определении долготы он тоже ошибся как минимум на тысячу миль. Даже если предположить, что на борту каравеллы Колумба находился приличный картограф, который нанес на карту Карибского моря открытые этим мореплавателем острова и земли, перекочевавшие потом на карту Кантино, то непонятно, откуда взялись на этой карте изображения Африки и Индийского океана, где Колумб никогда не был. Исходя из всего этого, я заключил, что ни Колумб, ни ходившие с ним в плавание картографы не могли вычертить оригинал карты Кантино.