1421 - год, когда Китай открыл мир

Чтобы с такой точностью изобразить очертания мыса Доброй Надежды, Фра Мауро, в сущности кабинетный ученый, Должен был располагать копией карты, сделанной очень квалифицированными картографами, которые знали бы о предмете не понаслышке и снимали планы местности, наблюдая за побережьем собственными глазами. Подобную копию мог представить Фра Мауро только да Конти, который, как уже было доказано, находился на борту китайского корабля и, скорее всего, имел доступ к соответствующим документам.

По собственному опыту знаю, что плавание вокруг мыса сильно действует на чувства молодых моряков даже в наши дни. Когда ветер разгоняет облака и перед твоим взором предстают странные, с плоским верхом горы знаменитого мыса, сердце невольно сжимается. Ты знаешь, что за мысом начинается другой океан и, более того, другой мир, экзотический и не похожий на наш — мир Востока. Китайцам же, которые в 1421 г. огибали мыс с противоположной стороны, наверняка казалось, что они достигли последнего предела земли и вод, дальше которого или вовсе ничего нет, или начинается так называемое «неведомое». Ничего удивительного: даже великие адмиралы времен династии Тан никогда не забирались в своих странствиях так далеко. Глядя на вздымавшиеся высокие волны и унылое серое небо, моряки наверняка возносили молитвы своим богам, прося их сберечь китайские корабли, которые входили в незнаемые и столь неприютные воды, бросая вызов Атлантическому океану, знаменитому своими штормами (о чем они, разумеется, не имели тогда представления).

Итак, будем считать, что китайцы обогнули мыс Доброй Надежды. Но что дальше?

Теперь нужно было понять, куда после столь тяжелого пути должно было направиться столь детально нарисованное Фра Мауро загадочное судно после того, как оно обогнуло мыс. Кроме того, требовалось добыть доказательства, что означенная джонка входила в состав одного из Золотых флотов Чжэн Хэ. Я снова принялся изучать расположение китайских кораблей, отмеченное в последний раз на карте «Мао Кун», когда Золотые флоты отошли от Софалы в южном направлении со средней скоростью 6,25 узла в час. Это была неплохая скорость, которую во многом обеспечивало стремившееся в том же направлении Агульясово течение (Aghulas). Оно проходит у юго-восточного побережья Африки до крайней южной его точки. При такой скорости китайские флоты должны были достичь мыса и обогнуть его недели через три — примерно в августе 1421 г.

Как это происходило и происходит уже в течение многих и многих тысячелетий, ветры и течения в Южной Атлантике, кружа против часовой стрелки, образуют огромную овальную петлю от мыса Доброй Надежды на юге и до Африканского выступа на севере. У мыса утлый челн моряка подхватывает Бенгельское течение (Benguela) и тащит его на север до западного побережья Африки. Примерно через 3000 миль течение начинает «вихлять», то есть менять направление: сначала движется на северо-запад, а потом на запад, пока не разбивается о побережье Южной Америки. «Оттолкнувшись» от этого побережья, течение продолжает свой путь, следуя заданному природой направлению, обратному ходу часовой стрелки. То есть движется на юг от Бразилии и Патагонии к мысу Горн, а потом поворачивает на восток, как бы снова возвращаясь к берегам Южной Африки. Если в вашем распоряжении имеется прочный корабль с отважным экипажем, способным противостоять «ревущим сороковым» — мощным ветрам и воздушным потокам, которые кружат вокруг «шарика» и обрушиваются на суда в данных географических широтах, то, дождавшись минимального затишья, смело ставьте паруса и идите прочь от Южной Африки. Правда, даже если все сойдет благополучно, через несколько месяцев вы, следуя все тому же обратному ходу мировой часовой стрелки, пройдя много тысяч миль и избороздив все моря и океаны на свете, снова вернетесь примерно в ту же точку, откуда вы отправились в путешествие.

Иллюстрацией этого феномена может служить плавание славного экипажа, возглавляемого храбрым и опытным Морским офицером — ныне вице-адмиралом сэром Иеном Макинтошем, награжденным орденами Британской империи. Этот великий человек командовал эскадрой субмарин, на одной из которых имел честь служить ваш покорный слуга. И именно этот великий человек как-то раз написал мне письмо.