1421 - год, когда Китай открыл мир

Полярные воды, надо сказать, ужасное место для любого моряка. Летом здесь встречаются периоды затишья, когда небо над головой голубое, а изумрудная вода с плавающими кое-где на поверхности льдинами ласково лижет борта кораблей. Но так бывает редко. Обычно же здесь царствуют снежные бури, пронзительные ветры и шторма, когда волна валит корабль на бок, а несущиеся с огромной скоростью по воздуху крохотные льдышки и снежинки впиваются в кожу лица не хуже стальных игл. Зимой здесь на протяжении многих недель царит непроглядный ночной мрак; когда же на короткое время над горизонтом проглядывает солнце, оно кажется вам подернутым пеленой тусклым желтым фонарем, свет которого не в силах разогнать полярный мрак. Здесь часты туманы, которые полностью закрывают или сильно видоизменяют окружающий вас морской пейзаж, а между тем моряку в этих широтах надо смотреть в оба, чтобы вовремя заметить дрейфующие льды или айсберг, встреча с которыми не сулит кораблю ничего хорошего.

Однако все эти трудности были для китайских мореходов делом привычным, поскольку они на протяжении по крайней мере восьми веков ходили по северным морям, а их ближайший к Пекину порт Тангу каждый год сковывало льдами на три месяца. Я обнаружил первое свидетельство того, что китайцы, отстоявшись в заливе Кука, бесстрашно устремились к Южному полюсу, когда пролистывал датированные 1506 г. записи[109] о странствиях молодого дворянина из Болоньи Лудовико ди Вартема (Ludovico di Varthema). «Людовико ди Вартема шел на судне от Борнео к Яве, когда ему рассказали одну странную историю. Его приятели, два христианина-китайца и один навигатор из Ист-Индии, поведали ему, что китайские моряки, жившие на Яве, ходили, руководствуясь звездой Южный Крест, в отдаленные края, где всегда царит холод и день длится всего четыре часа»[110].

Карта Пири Рейса также предоставляет нам свидетельства того, что китайцы ходили в южном направлении. К югу от Магелланова пролива картографы изобразили дрейфующие льды, что могли сделать только люди, которые шли на корабле параллельно ледяным полям. Китайцы и вправду плыли прямо к Южному полюсу, имея у себя над головой Южный Крест[111], указывавший им направление. Где-то в 200 милях к югу от Огненной Земли[112] они впервые встретились с дрейфующими льдами, которые со временем стали плавно сдвигаться в восточном направлении, отчего на карте Пири Рейса появилось изображение в виде полукруга или буквы С. Китайцы упорно продолжали плыть к югу, стараясь держаться на границе льдов, но скоро поняли, что это им не удастся, и были вынуждены изменить курс. Сначала двинулись в восточном направлении, а потом в юго-восточном, все время пытаясь обнаружить проход, который позволил бы им пройти к полюсу. Пройдя еще 100 миль к югу[113], они встретились с паковыми льдами, которые тянулись вплоть до Антарктического полуострова. Очерченная на карге Пири Рейса граница продвижения льдов вполне соответствует максимальному продвижению дрейфующих и паковых льдов в этих краях в середине лета[114].

Итак, адмирал Хон Бао вплотную приблизился к Антарктическому кругу (Antarctic Circle). Как известно, на этих широтах происходят странные вещи. Что касается самого Антарктического полюса, то там географическая долгота никакого значения не имеет. Ведь это своего рода точка, откуда всякое движение может происходить только в северном направлении. В середине лета (декабрь) солнце всегда на севере и светит круглые сутки. Зимой же здесь царит непроглядная тьма. Трудности с навигацией усугублялись еще и тем, что здесь существует магнитная аномалия, вызванная наличием Южного Магнитного полюса, который отстоит от географического полюса на довольно значительном расстоянии. Наверняка у китайских навигаторов все магнитные компасы просто «взбесились»; единственным средством навигации в данном случае для китайцев стали звезды Гамма и Альфа в созвездии Южного Креста и отмеченная ими ранее широта, на которой находился Канопус. По счастью, на широте 68°, где примерно находились китайцы, эти звезды никогда не пропадали из виду и всегда «висели» у них над головой. К примеру, яркость Канопуса была такова, что в хорошую погоду из-за прозрачности антарктического воздуха его было видно даже днем при свете солнца.