18+

Задвинув плотные шторы и создав полумрак, Руслан включил кассетный магнитофон с песнями «Ласкового мая» и подмял под себя моё тело. Он вытянул за голову мои руки и, не давая их опустить, покрывал меня поцелуями от щёк до живота. Ему очень нравились мои грудки, он долго лизал и сосал сосочки, шептал, что представляет, как в будущем, совсем скоро, когда мы поженимся, их будет чмокать наш сын. Он снял плавки и его орган нацелился на меня. Я закрыла глаза, предоставив другу самому всё сделать. Мне было страшно… и приятно… Руслан сел, и его член скользил по моему животу, когда парень целовал мои губы.

– Потрогай его… Я хочу…

Я несмело взяла в руку напряженный орган друга.

– Погладь… пожалуйста… так приятно…

Я послушно гладила и осмелилась открыть глаза. Руслан смотрел на мои руки и грудь. Смочив пальцы слюной, он гладил головку и чуть слышно застонал. Потом он снял с меня трусики и улёгся между ног, согнув их в коленях. Он нажимал на мои бёдра, заставляя их опуститься и раздвинуться шире. Я снова закрыла глаза. Руслан гладил пальцами мою плоть, раздвигал и исследовал складки, будто изучал, куда ему следует войти. Потом его палец стал смелее пробираться внутрь, совсем не глубоко, пробуя как там, внутри…

– Тёпленькая… и мокренькая… Я положил кусочек… Ты готова? Хочешь меня?

– Хочу… и боюсь… вдруг не получится… или мыло не поможет…

– Тогда я на тебе женюсь, не дожидаясь восемнадцати. Я же люблю тебя, дурочка…

Руслан прижался ко мне, сладко целуя губы. Его рука скользнула по телу вниз… он приподнял ягодицы… и медленно погружался в меня, прорывая невидимую преграду девственности. Короткая боль чуть резанула внутри лона и мгновенно угасла, а довольный парень глубоко вошёл в меня, впервые раздвигая кольца влагалища. Он застонал и зашипел, сморщившись от боли. Он тоже потерял девственность. Его бёдра задвигались быстро, он вытянулся на руках, шлёпая яичками по моим ягодицам. Он стонал, а я не понимала – в чём удовольствие? Руслан, однако, остановился и вынырнул из меня, лёг рядом и стал гладить мою плоть пальцем. Он дрожал и шептал:

– Прости… чуть не забыл про тебя… там так тепло и влажно… так приятно… я потерял контроль…