1900. Русские штурмуют Пекин

Счастье иностранцев было в том, что китайцы не имели на своих фортах мортир и фугасных бомб. Иначе от концессий не осталось бы следа.

У китайцев были обыкновенные сегментные гранаты, которые разбивали каменные стены и своими осколками разрушали все, что попадалось по пути, а также фугасные гранаты, наполненные обыкновенным мелким порохом, которые разбрасывали постройки и производили пожары.

^{Лагерь 12-го Восточно-Сибирского стрелкового полка в Тяньцзине, во время осады}

Всех раненых русских и французов приносят в госпиталь, который назван Франко-русским госпиталем. Помощь подают врачи 12-го полка Зароастров и Орловский и французы доктор Депас (Depasse), главный врач китайской медицинской школы в Тяньцзине, и профессор этой школы доктор Уйон (Houillon), a также железнодорожный врач бельгиец Сэрвель, бывший в числе беглецов, спасшихся из Баодинфу. Самый заботливый уход раненым оказывали сестры-монахини, а также монахи ордена Маристов и Лазаристов [57].

7 июня в госпиталь принесли секретаря французского муниципалитета Сабуро. Он только вышел на крыльцо муниципального здания и был ранен в живот осколком разорвавшейся китайской гранаты. Сабуро промучился несколько часов и скончался в ту же ночь, в присутствии французского консула.

В этот день англичане, которые наблюдали с башни английского муниципалитета Gordon-Hall за окрестностями Тяньцзиня, донесли полковнику Анисимову, что в нескольких верстах от города, в стороне Таку, они заметили перестрелку между неизвестными противниками [58].

Командир английского отряда, так же как и прочие командиры, по правилам международной военной дисциплины, ежедневно докладывали Анисимову о состоянии их отрядов. При этом особенной исправностью в докладах отличался англичанин.

Получив это сообщение и желая узнать, не подходит ли к Тяньцзиню на помощь какой-нибудь русский или иностранный отряд, Анисимов приказал казакам сделать разведку. Ловцов, Григорьев и Семенов сейчас же выступили.

К вечеру казаки вернулись, привезя 6 раненых и 5 убитых. Сотники Григорьев и Семенов были также ранены. Все офицеры были очень огорчены, когда узнали, что общий любимец, весельчак, остряк и добрый товарищ Григорьев был ранен ударом боксерского копья в грудь, в то время когда сотня пробивалась через окружившее их скопище боксеров. Рана была не глубокая, но все боялись заражения крови от старого и грязного китайского копья.

^{Сотник Григорьев}

Но Григорьев не унывал и весело рассказывал неприятный анекдот, который с ним произошел.