1920. Война с белополяками. Поход Красной армии на Вислу

На это предложение Главкома командующий Западным фронтом ответил, что по условиям связи он сейчас же может принять 12-ю армию, и в этом же разговоре просил 1-ю конную армию направить к северу, дабы эти две армии могли бы принять активное участие в главной операции.

Относительно 1-й конной армии здесь необходимо указать, что предложение командующего Западным фронтом тов. Тухачевского о перемещении ее к северу было чрезвычайно своевременным, так как после тяжелой операции в районе Броды 1-я конная армия, перегруппировавшись к северу от Брод, уже вела наступление с фронта р. Стырь в общем направлении на Каменку. Имея обеспеченный фланг у Стоянова (24-я стд 12-й армии), она в дальнейшем благополучно достигла фронта Радзехов – Топоров (14 августа).

Итак, совокупность всех вышеизложенных оперативных данных наглядно говорит, что мы входим в самый ответственный период операции.

А поэтому для достижения успеха и правильного выполнения кануна боев на Висле как никогда было необходимо полное взаимодействие как между командармами и фронтовым командованием, так и между фронтовым и главным командованием, что могло быть только при тщательном анализе общей стратегической и политической обстановки.

С момента отдачи первой директивы Главкома (3 августа) о новой группировке на Польском фронте прошло восемь дней. Передача 1-й конной армии и 12-й армии в состав Западного фронта по всевозможным причинам задерживалась. Необходимо было еще раз подтвердить командующему Юго-Западным фронтом относительно скорейшего осуществления этого вопроса.

К 11 августа с нашей стороны вместо сосредоточения сил и объединения всех усилий Западного и Юго-Западного фронтов в одном важнейшем направлении начинали наглядно вырисовываться две самостоятельные операции с расходящимися направлениями (Варшава, Львов).

Для ослабления этого явления, противоречившего основным законам ведения стратегической операции, и под влиянием сложившейся боевой обстановки Главнокомандующий 11 августа отдает директиву[126] командюзу следующего содержания: «Западный фронт приступает к нанесению решительного удара для разгрома противника и овладения Варшавским районом. Ввиду этого теперь приходится временно отказаться от немедленного овладения на вашем фронте Львовским районом и для оказания содействия тов. Тухачевскому направить возможно больше сил для удара примерно на Люблин – Ново-Александрия[127], дабы всемерно поддержать левый фланг Западного фронта. Это обстоятельство требует изменить основные задачи 12-й и 1-й конной армий, причем 12-я армия должна главными силами наносить удар в общем направлении на Люблин, а 1-я конная армия главными силами должна выйти в район Замостье – Томашев – Грубешов.

Вместе с тем является существенно необходимой скорейшая передача сперва 12-й, а затем 1-й конной армий в непосредственное подчинение командующему Западным фронтом, последний указывает срок передачи 12-й армии 13 августа, а 1-й конной – 15 августа. Срочно прошу вашего заключения по изложенному, а равно сообщить, какую группировку сил вы намерены сделать в связи с новой задачей, вытекающей из сложившейся обстановки № 4738/оп./1041/ш.».

События как будто работали за нас в этот ответственнейший период операции, когда необходимо было окончательно установить один определенный план действий, нам удается перехватить приказ неприятеля, в котором указывалась основная линия его отхода. Получив эти данные, Главнокомандующий в телеграмме за № 4752/оп./1044/ш. командующему Юго-Западным фронтом в этот же день 11 августа еще раз подтверждает, что этот факт неизмеримо облегчает Юго-Западному фронту необходимость произвести группировку по предыдущей директиве, так как ясно, что направление главных сил 12-й армии на Люблин дает возможность разобщить северную группу противника от южной, базирующейся на Галицию. Все это говорит за то, что необходимо было как-то срочно продвинуть 12-ю армию вперед для выполнения новой задачи (см. директиву № 4738/оп./1041/ш.) и наступать в тесном боевом взаимодействии с левым флангом Мозырской группы, которая в это время находилась на высоте Коцка.

Главнокомандующий, отдавая эти распоряжения, как говорят оперативные документы полевого штаба Реввоенсовета Республики, был более чем уверен, что если Мозырская группа не будет поддержана 12-й армией (хотя бы 58-й сд) при форсировании р. Вислы и овладении Ивангородом, то эта операция, по всей вероятности, должна будет потерпеть неудачу. Отсюда и понятно, почему он требовал энергичного продвижения вперед 12-й армии для овладения ею районом Холм – Люблин, так как «естественно при стоянии 12-й армии на месте»[128] получился бы широкий разрыв между Мозырской группой и правым флангом Юго-Западного фронта, где сильный удар противника в этот промежуток разрыва мог бы повлиять на всю операцию на Висле[129].