1937: Не верьте лжи о «сталинских репрессиях»!

В постановлении ПБ от 2 июля утверждалось следующее: «Замечено, что большая часть бывших кулаков и уголовников, высланных одно время из разных областей в северные и сибирские районы, а потом, по истечении срока высылки, вернувшихся в свои области, — являются главными зачинщиками всякого рода антисоветских и диверсионных преступлений, как в колхозах и совхозах, так и на транспорте и в некоторых областях промышленности. ЦК ВПК(б) предлагает всем секретарям областных и краевых организаций и всем областным, краевым и республиканским представителям НКВД взять на учет всех возвратившихся на родину кулаков и уголовников с тем, чтобы наиболее враждебные из них были немедленно арестованы и были расстреляны в порядке административного проведения их дел через тройки, а остальные, менее активные, но все же враждебные элементы были бы переписаны и высланы в районы по указанию НКВД».

Все это вызывает недоумение. Еще только недавно «лишенцам» вернули все их права, а теперь их полагалось огульно «взять в оборот». Как же так? Налицо столкновение двух совершенно разных политических линий, одна из которых взяла верх над другой. И это явно была не сталинская линия. Создание региональных «троек», призванных карать еще вчера полностью восстановленных в правах людей, могло быть выгодно только первым секретарям на местах. (Не случайно же инициатором создания первой «тройки» выступил именно Эйхе.). Это укрепляло их власть и позволяло саботировать проведение реформ. Дескать, какие реформы, какая ротация кадров, когда кругом столько врагов?! Косвенно постановление било и по организаторам конституционной реформы 1937 года. Им как бы делали упрек — вот вы простили лишенцев, а они оказались контрой…

Кстати, данная трактовка позволяет понять — кто был виновником чудовищных репрессий против священнослужителей, развернувшихся в 1937 году. Тогда было арестовано 33 тысячи священников. А ведь в стране уже стала сворачиваться антицерковная пропаганда. Так, закрыли газету «Безбожник» и ряд других антирелигиозных изданий в республиках (например, украинский «Безверник»). И вдруг — массовые репрессии против духовенства. Опять-таки налицо две совершенно разные линии.

Крушение регионалов

Регионалы, выражаясь по-современному, достали Иосифа Виссарионовича. Он решил предпринять открытый поход против красных князьков, начав с самого могущественного из них — Косиора. В августе 1937 года на Украину прибыла руководящая группа в составе Молотова, Хрущева и Ежова. Группу сопровождал контингент спецвойск НКВД. Прибыв на заседание пленума ЦК ВКП(б), посланцы из Москвы потребовали снять со своих постов Косиора и председателя СНК УССР Любченко. На место Косиора предлагалось поставить Хрущева.

Однако сталинская группа явно переоценила свои силы. Пленум взбунтовался и отверг требования Москвы. Тогда Сталин решил действовать хитрее. Он, через Молотова, предложил руководству УССР прибыть в столицу для переговоров и достижения компромисса. Это предложение вызвало раскол среди украинских боссов. Если Косиор склонялся к компромиссу, то Любченко категорически выступал за усиление конфронтации. Победил Косиор, который обвинил последнего в создании на Украине «национал-фашистской организации». Первый секретарь попытался передать Любченко Москве на расправу, но там от такого «подарка» отказались, заявив, что украинские власти должны сами разобраться со своим премьером. И они, несомненно, разобрались бы, но Любченко их опередил, застрелившись сам и застрелив свою жену. Косиор прибыл в Москву, где радостно рассказал о раскрытии «национал-фашистского заговора». Ему позволили вернуться на Украину.

Теперь Сталин перестал противиться террору, который стал неизбежным. Он решает принять активное участие в организации репрессий с тем, чтобы сделать процесс управляемым и выжать из него максимальную выгоду. К счастью, вождь СССР не был упертым гуманистом и прекраснодушным мыслителем. Он был прагматиком и понимал, что если какой-либо процесс нельзя остановить, то его нужно возглавить самому.