1941. Уманский котел. Выводы и уроки

Поэтому для прикрытия данного направления в составе 6‐й армии находились 6‐й стрелковый корпус (41, 97, 159‐я стрелковые дивизии), 4‐й механизированный корпус (10‐я, 37‐я танковые и 212‐я моторизованная дивизии), 3‐я кавалерийская дивизия, 324‐й гаубичный и 135‐й пушечный артиллерийские полки РГК, 4‐я дивизион ПВО и 19‐й батальон ВНОС, а также управление вновь формируемого Тернопольского бригадного района ПВО (срок окончания формирования 1 июля 1941 года), Струмиловский (44‐й и 149‐й отдельные пулеметные батальоны, 345‐й артиллерийский полк) и Рава-Русский (21, 36 и 141‐й отдельные пулеметные батальоны) укрепленные районы, 91‐й погранотряд, 1‐я и 2‐я комендатуры 92‐го погранотряда, а также 15‐я авиационная дивизия (23‐й, 28‐й истребительные авиационные полки, 66‐й штурмовой авиационный полк) и 20‐й истребительный авиационный полк, который должен был передаваться командующему 6‐й армией из состава 17‐й авиационной дивизии. Достаточно сказать, что кроме другого вооружения в составе этих сил насчитывалось 1259 единиц бронетанковой техники (101 тяжелый танк КВ, 359 средних танков Т‐34, 475 легких танков Т‐26 и БТ, 98 единиц специальных танков и бронемашин).

В соответствии с Планом прикрытия Киевского особого военного округа войска 6‐й армии должны были, «прочно опираясь на предполье и оборонительные сооружения 3, 1 и 5 узлов обороны Струмиловского и Рава-Русского укрепленных районов», не допустить прорыва противника на территорию СССР на участке от местечка Крыстынополь до Грабовец на фронте, шириной 165 километров.

К началу войны командующим и штабом 6‐й армии также был разработан План прикрытия государственной границы, который читателю предлагается в приложении этой книги. Как и в 5‐й армии, район прикрытия армии разбивался на два участка, а оперативное построение объединения было в один эшелон с выделением сильного общевойскового резерва.

Участок прикрытия № 1 (иск. Крыстынополь, Урнув) должен был обороняться силами 3‐й кавалерийской дивизии, 44‐го и 140‐го отдельных пулеметных батальонов, 345‐м артиллерийским полком Струмиловского укрепленного района, а также двумя комендатурами (без 8‐й заставы) 91‐го пограничного отряда. Эти силы, по расчету штаба армии, должны были занять свои районы обороны на государственной границе через 6–9 часов 30 минут летом и через 7—10 часов 30 минут зимой после объявления тревоги.

Участок прикрытия № 2 (иск. Угнув, Грабовец) должен был обороняться силами 6‐го стрелкового корпуса (41‐я и 97‐я стрелковые дивизии), 135‐го гаубичного и пушечного полков РГК, 21, 36 и 141‐м отдельными пулеметными батальонами Рава-Русского укрепленного района, заставами двух комендатур 91‐го и двух комендатур 92‐го пограничных отрядов. Войска участка прикрытия № 2 должны были занять свои районы обороны государственной границы после объявления боевой тревоги через 6–9 часов летом и через 7—10 часов зимой.

В резерве района прикрытия командующий армией планировал иметь 4‐й механизированный корпус и 159‐ю стрелковую дивизию.

Без преувеличений можно сказать, что План прикрытия государственной границы 6‐й армией Киевского особого военного округа представлял собой с большой тщательностью и грамотностью отработанный руководящий боевой документ с расшифровкой боевых задач до каждого полка (артиллерийского дивизиона) включительно.

И снова уместно поставить вопрос о том, как был реализован этот план на практике.

В Центральном архиве Министерства обороны хранятся воспоминания начальника штаба 6‐й армии комбрига (в последующем генерал-майора) Н.П. Иванова, который был назначен начальником штаба этого объединения 26 мая 1941 года. Вполне понятно, что все время, оставшееся до начала войны, он посвятил изучению обстановки и знакомству с войсками.

Н.П. Иванов пишет, что к 22 июня 1941 года на государственной границе в полосе 6‐й армии располагались только пограничные отряды и находились многочисленные строительные подразделения. Несмотря на безусловные признаки готовящейся агрессии со стороны германских войск, командующий Киевским особым военным округом запретил приводить войска 6‐й армии в боевую готовность и выдвигать части прикрытия к государственной границе. Этот запрет продолжал действовать даже после начала противником боевых действий вплоть до середины 22 июня 1941 года.

Вечером 21 июня штаб округа предупредил командующего армией о возможности провокаций со стороны немцев и приказал ему, а также подчиненным командирам корпусов и дивизий находиться на своих командных пунктах рядом с телефонными аппаратами. Но так как командный пункт 6‐й армии к тому времени еще не был оборудован, то в ночь с 21 на 22 июня все члены Военного совета армии находились в своем помещении в центре Львова. Никаких сигналов войскам армии о приведении их в боевую готовность не поступало.

Это же подтверждают и другие оставшиеся в живых командиры соединений и частей 6‐й армии, которые также утверждают, что План прикрытия государственной границы в части, касающейся соединений и частей, до них заблаговременно доведен не был.