28 мгновений весны 1945-го

Оставшихся в живых нацистских руководителей отлавливали по одному. Несостоявшийся преемник фюрера Герман Геринг 9 мая послал парламентера к командиру американской дивизии. Тот Геринга задержал и первоначально поселил в особняке, разрешив даже приехать жене и прислуге. Но затем его арестовали и отправили в Нюрнберг.

Об аресте Гиммлера интересная история от Ивана Александровича Серова: «До 21 мая 1945 года Гиммлер бродил с двумя охранниками, переодевшись в гражданское платье. 21 мая в районе г. Бремерверде (английская зона) Гиммлера задержали русские патрули. Наших русских военнопленных англичане привлекали для усиления патрулирования.

При задержании Гиммлер предъявил удостоверение, что он Хизигер (Хитцингер. – В.Н.), а не Гиммлер. Глаз для маскировки был перевязан черной лентой. Русским показалось это подозрительным, и они задержали Гиммлера, направив его в английскую комендатуру, где он сразу сознался, что является Гиммлером, и потребовал, чтобы ему устроили встречу с фельдмаршалом Монтгомери… В комендатуре Гиммлера тщательно обыскали (догола) и изъяли ампулу цианистого калия. Затем приехал английский полковник из штаба Монтгомери и приказал еще раз обыскать Гиммлера. По окончании обыска Гиммлеру предложили открыть рот. Он сжал челюсти и раскусил ампулу».

Дольше искали Иоахима фон Риббентропа. Еще 2 мая Дёниц в телефонном разговоре решительно отказался от его услуг. После чего Риббентроп решил не ехать во Фленсбург, а перебрался в занятый англичанами Гамбург, где успешно скрывался под чужой фамилией. Бывший рейхсминистр иностранных дел был арестован ночью 14 июня 1945 года в гамбургской квартире своих знакомых: на него донес сын соседей.

На завершающем этапе Пражской операции, уже после Победы, войсками маршала Конева был задержан и предатель генерал Власов. «Случилось это в 40 км юго-восточнее Пльзеня, – расскажет Конев. – Войсками 25-го отдельного танкового корпуса генерала Фоминых была пленена власовская дивизия генерала Буйниченко. Когда танкисты стали разоружать ее, то выяснилось, что в одной из легковых машин сидит закутанный в два одеяла Власов. Обнаружить предателя помог его собственный шофер. Танкисты вместе с этим шофером вытащили прятавшегося Власова из-под одеял, погрузили на танк и тут же отправили прямо в штаб 13-й армии… Из штаба 13-й армии Власова доставили ко мне на командный пункт. Я распорядился, не теряя времени, отправить его сразу в Москву».

Нацистских преступников ждал Нюрнбергский трибунал, который стал своего рода символом международного правосудия. В его Обвинительном заключении нацистский режим признавался виновным за совершенное «преступление против мира, выразившееся в том, что подсудимые планировали, подготовляли и вели агрессивные войны, которые являлись также войнами, нарушающими международные договоры, соглашения и обязательства… Непрекращающееся планирование, имевшее своей целью агрессивную войну, доказано вне всякого сомнения… Действительно, угроза войны – и, если необходимо, сама война – являлась неотъемлемой частью нацистской политики».

К смертной казни через повешение были приговорены 12 военных преступников, включая Геринга, Бормана (заочно), Кальтенбруннера, Риббентропа, Кейтеля, Йодля. Десять лет тюрьмы получил Дёниц. СССР протестовал против слишком мягкого приговора ряду основных фигурантов, ни один из которых даже не покаялся и не признал свою вину. Назвав преступными СС, СД, гестапо и руководство Национал-социалистической партии, суд отказался считать преступными имперский кабинет, германский Генштаб или военное командование.

В конце войны выдающийся писатель Томас Манн выступил на немецком радио, рассказывая немцам о том, что он увидел в Освенциме. Многие его соотечественники предпочли не поверить этим рассказам. Однако потом были представлены доказательства.

Холокост, истребление миллионов советских граждан часто называют уникальным злодеянием в человеческой истории. Но эти чудовищные преступления не возникли из ниоткуда.

Известный британский историк Роджер Осборн в этой связи пишет: «Столетиями белокожие европейцы христианского вероисповедания воспринимали себя как расу, превосходящую все прочие и наделенную правом уничтожать других во имя своей цивилизации, – в предшествующие 150 лет (и дальше в глубь истории) люди, чей цвет кожи и обычаи были иными, подвергались пыткам, побоям, издевательствам и массовым убийствам в порядке вещей, по единственной причине своей инаковости, а к началу XX века стало естественным не только рассматривать отличающихся от тебя и твоей среды (включая необразованные массы) как стоящих на нижней ступени биологического развития, но и видеть в них потенциальную угрозу жизнеспособности европейской цивилизации – и подкреплять свои убеждения “рациональными” лженаучными теориями».