280 дней вокруг света: история одной мечты. Том 1

Время уже даже не шло, оно бежало сломя голову. И я принял решение — рвать в Мексику! Может, там французы-дипломаты добрее? И вдруг удача мне все-таки улыбнется. Через час уже сделал чекаут из опостылевших апартаментов, сдал «Камаро» в точке проката и со всеми пожитками стоял на кассе автовокзала, полный решимости добраться до завтра в Мексику во что бы то ни стало.

От Хьюстона до Сан-Антонио, где предстояла первая пересадка, всего двести километров. Автобус американской компании «Грейхаунд» тащился со скоростью черепахи. Вокруг сидели какие-то лица неблагополучной наружности — бедная шпана с карманами, набитыми травой, афроамериканцы бомжеватого вида, старушка, которая всю дорогу шамкала. Вдобавок ко всему я опасался, что меня продует: поток воздуха из кондиционера был такой холодный, что пришлось снять носок и заткнуть им отверстие на панели сверху. И все бы ничего, если бы автобус прибыл вовремя. Но он опоздал на два часа, а рейс из Сан-Антонио до границы с Мексикой уже ушел.

— Как, блин, можно опоздать на два часа? Тут ехать всего два часа! — вслух возмущался я, забирая чемоданы из багажного отсека. Потом я понял, что общаюсь сам с собой: ни водителю, ни кондуктору не было никакого дела до моих проблем.

На автовокзале пусто. Кассы закрыты. Я застрял здесь по крайней мере на ночь. Сан-Антонио… Знал бы, приехал бы на «Камаро». Я опустился на металлическую лавочку и пару минут просто сидел безо всяких мыслей, пялясь в одну точку, будто только пришел со смены в шахте. Но виза сама себя не получит, а ночлег сам себя не найдет. Поэтому, собрав в кулак всю волю, героически открыл приложение букинга на телефоне и забронировал отель на ночь.

Временное пристанище из-за кондиционера и заблокированного окна было таким же холодным и неприветливым, как салон автобуса «Грейхаунд». К счастью, намного более комфортабельным. На следующий день, едва закатные лучи коснулись потолка моего номера, я уже стоял в дверях, полностью собранный и упакованный на выход. Поужинать решил в пути, чтобы на сей раз уж точно успеть на рейс. Почему-то опоздание казалось теперь вполне реальной угрозой. А может, дело в череде неудач, преследовавших на пути к заветной визе, но у меня появилось стойкое ощущение, что это не конец злоключений. Атмосфера надвигающегося американского Рождества как насмешка — все радовались, вешали гирлянды, улыбались друг другу, а я застрял здесь совсем один, в чужой стране, вдали от любимой женщины и друзей, с нерешенным вопросом, не способный ни двигаться дальше в кругосветку, ни повернуть назад. Слава богу, никаких неожиданностей с билетом или задержки рейса не было. Я выдохнул, погрузил свои бренные, вымотанные нервами телеса на сиденье автобуса и приготовился скучать по пути к мексиканской границе, поскольку зарядку от телефона забыл в чемодане в багажном отделении. Так получилось, что незаметно погрузился в сон, поэтому даже не заметил, как пейзажи за окном постепенно сменились на пустынные.

Город Ларедо, где я несколькими часами позже пересек границу, расположен на юге Техаса и разделен на две части рекой Рио-Гранде. Мексиканская сторона — Нуэво-Ларедо — получила славу одного из самых опасных мест на планете. Нелегалы, пытающиеся прорваться в Штаты, наркобароны, криминальные авторитеты, кланы, картели — вся эта публика обитала именно здесь.

В момент, когда я в два часа ночи полусонный вывалился из автобуса, мне не пришла в голову мысль подождать следующий рейс на американской стороне. Шатаясь, как сомнамбула, забрал чемоданы и поплелся за пассажирами-мексиканцами через пропускной пункт. В Мексике мои попутчики, естественно, разъехались по домам. А я осознал себя стоящим посреди автовокзала Нуэво-Ларедо, с чемоданами, полными дорогостоящей техники.

Здание походило на небольшой ангар, в котором не было ни магазина с водой и едой, ни зала ожидания, ни хотя бы просто сидений. Единственная лавочка — снаружи, на улице. Оборванный провод на потолке болтался туда-сюда, искрился в желтом полумраке и угрожающе потрескивал: «Тц-ц-ц, тц-ц-ц». Вокруг — ни души.

— Ну просто чистилище какое-то, — слова утонули в душном мексиканском воздухе. Добавил для смелости: — Блин!

И вышел на улицу. Там тоже никого. Вдалеке мерцал магазинчик, как болотный огонек, ведущий путников на смерть. Жажда мучила немилосердно, во рту совсем пересохло. Но я остался сидеть на лавочке в окружении чемоданов. В моем случае поход в магазин мог закончиться плохо. Переться туда ночью по улицам Нуэво-Ларедо, с двумя чемоданами, рюкзаком, техникой, белому гринго в шляпе — это равносильно крикнуть: «Ребята, я здесь! Налетай, не зевай!»