Эту местность справедливо можно назвать страной вулканов — они постоянно выглядывают на горизонте то тут то там, и иногда можно видеть перед собой до пяти верхушек одновременно. Как терриконы на Донбассе, только чихающие пеплом — макушки некоторых из них дымились. Эти скромные извержения мы наблюдали всю дорогу.
Первой точкой стал тот самый Сан-Хуан-дель-Сур, где Дима основал кофейный хаб, поэтому в этой точке мы попрощались и снова остались с Адамом наедине. Мы заселились по букингу в тихий загородный отельчик с деревянными домиками, которые, как всегда, не оправдали ожиданий нежного Адама. Балдахиновая кровать — не такая, деревянный стиль раздражает, еще и чемодан самому нужно по камушкам до своего коттеджа докатить! Какой ужас! На этот раз я уже не смог пропустить мимо ушей колкие упреки и нытье, и мы крепко поругались, разойдясь по номерам в ужасном настроении.
Наутро я проснулся, спустился к завтраку. Адама не было. Нигде. Обошел территорию парка, заглянул в бассейн и решил окунуться. Затем проверил еще раз его номер — Адама будто след простыл. «Ничего себе, неужели сбежал? — подумал я. — Ну-у-у нет, это даже для него было бы слишком». Наконец, дозвонившись по WhatsApp, выяснил, что он, оказывается, все утро сидит на ресепшене — одет, с вещами, даже завтракать отказался.
Обсуждать поведение и растолковывать правила этикета было бессмысленно. Это была стадия, когда человек уже всем своим естеством выказывает недовольство и не стремится искать компромиссов. Угрюмую атмосферу возле ресепшена разбавило приятное знакомство c загорелым серфером из Калифорнии, который сбежал из Штатов и жил в Южной Америке. Мне уже доводилось встречать людей, добровольно отказавшихся от мейнстримной американской мечты, к которой по инерции уже много лет стремился весь мир.
— Когда ты не о поедании бургеров, налогах и вкалывании длиною в жизнь, в Штатах не так уж и прикольно, — пояснил он. — Здесь такой же океан, волна, травка, природа. Но главное — свобода! Не чувствуешь себя лошадью, загнанной в непонятную даже тебе самому систему.
Я записал с парнем интервью, в котором Адам участвовать отказался. Мне окончательно перестало нравиться то, что отлынивание от работы вошло у него в норму и привычку. Я зашивался с тремя камерами и штативами одновременно, пытался не забыть вопросы, да еще и сам иногда мелькать в кадре. Выходило в итоге терпимо, как для материала, но это все-таки ненормально.
Единственное, на что в тот день согласился мой компаньон, — это полетать дроном над покатыми крышами Сан-Хуан-дель-Сура, за чем мы и отправились к побережью. Нарезая воздушные круги и мастерски огибая квадриком резаные изгибы местных склонов, Адам довольно причмокивал, рассматривая свои эффектные кадры на экране телефона. И тут, спустя мгновение, резко поменялся в лице, чертыхнулся и начал нервно тыкать по сенсорному экрану.
«Опять теряем дрон, — сразу же пронеслось у меня в голове. — Куда теперь придется за ним лезть?»
— Фа-а-ак, не успел! — прервал мои размышления Адам. — Дрон аварийно сел где-то на склоне во-о-о-он там, — и он ткнул пальцем куда-то в сторону горы на горизонте.
— И ты считаешь, что у нас есть шанс ТАМ его отыскать? — риторически поинтересовался я. — Мы ведь даже не знаем, есть ли там дорога.
— Точно есть! — ни в какую не хотел сдаваться Адам. — Он упал у кого-то на вилле — значит, там есть цивилизация! Поехали!
В последний момент телефон успел сохранить метку, рядом с которой упал дрон, мы быстро забили точку в навигатор и сломя голову погнали спасать технику. Сначала маршрут вел через насыпную проселочную дорогу, а потом мы вдруг выехали чуть ли не на гоночное шоссе прямо посреди частного сектора, где сразу же уперлись в высокий каменный забор. Со склона было видно, что впереди по горе распласталась одна из самых огромных вилл всего Сан-Хуан-дель-Сура, а рядом у ворот красовались какие-то совершенно безумные, как для Никарагуа, машины — новый «Порше 911» и суперкар «Макларен» ярко-желтого цвета.
— Губа не дура у твоего дрона, — задумчиво резюмировал я, — с такими хозяевами договориться будет непросто.
Но Адама этот размах, видимо, совершенно не смущал — он уже стоял и лупил в двери, откуда раздавался злобный лай серьезных сторожевых собак. Спустя пару минут послышалось медленное шарканье, дверь аккуратно отворилась, и из-за нее высунулось маленькое личико пожилого мужчины, из-за спины которого выглядывали два злых добермана.
Наше счастье, что хозяев не было дома и ребята из стаффа согласились поискать камеру, хоть внутрь нас и не пустили. Помогло то, что последний скрин запечатлел какую-то деревянную лестницу, и работники сразу узнали место и пошли искать потерю у гостевого дома — иначе там можно было три дня прочесывать территорию.