50 оттенков серого кардинала: кто правит миром

Продолжим наш пролог ныне уже заезженным вопросом о необходимости и последствиях крымской операции. Конечно, уважаемый нами генерал-полковник Ивашов, автор предисловия к нашей книге, считает, что возвращение Крыма и Севастополя – стратегическая победа. Не будем спорить с этим, оговорив, правда, что любая стратегия на фоне более масштабной стратегии превращается в тактику. Кстати, тот же Леонид Григорьевич Ивашов, патриот и человек кристальной честности, всерьёз опасается, что орда российских чиновников, бросившихся делить заповедные уголки Крыма, не только наносит непоправимый вред природе полуострова, довершая начатое жадными киевскими чиновниками, но и подрывает веру в Россию… Как у крымчан, так и у жителей всей страны.

С нашей точки зрения, Крымская победа лишь частично компенсировала стратегическое поражение в борьбе за Украину в целом.

Непонятно, удержим ли мы в этих условиях ситуацию под контролем. Мы говорим об этом с горечью. Наибольшую тревогу вызывает состояние российской экономики[3]. Сейчас некоторые американские политологи, например, аналитическая организация Stratfor

[4], дают прогнозы, что в ближайшее десятилетие Россия может распасться. Их беспокоит, что произойдёт дальше с нашими ядерными арсеналами, которые могут попасть под контроль новых «региональных» властей. Вот чем озабочены американские аналитики. И, к сожалению, эти опасения не лишены оснований. Мы же все вместе – и власть, и оппозиция – должны сделать все, чтобы эти апокалиптические прорицания не сбылись. Но пока в сторону от пропасти движения не видно.

Нужно было Крыму соединиться с Россией? Нужно. Возникает вопрос: когда и как это следовало сделать? Возьмем пример Китая и Тайваня. Да, Тайвань находится под американским «зонтиком». Однако вряд ли за Тайвань американцы затеяли бы войну с Китаем. Не говоря уже о том, что Китай мог бы провести молниеносную акцию вторжения на остров. Наверное, на Тайване не было бы такого процента голосующих за воссоединение. Но китайцы – люди изощрённые, и полагаем, они вполне могли бы разрешить спор вокруг принадлежности острова «по-семейному». Во всяком случае, Китай обладает мощной экономикой, но не искушает судьбу, чтобы не попасть под какие-нибудь санкции. И это при том, что они практически всё научились делать сами.

Означает ли это, что Китай не помышляет о присоединении Тайваня? Нет. Китай выжидает момента. У Шекспира есть такие строки:

Мне верится, вы искренни во всём.

Но мы привязанности сами рвём.Обеты нам подсказывает страсть:Остынет жар, они должны отпасть,

Как с ветки падает созревший плод,Когда свалиться время настаёт.Чтоб жить, должны мы клятвы забывать,Которые торопимся давать.

И мы живем не чем-нибудь одним,А сменой увлечений жить хотим.

Сказано это по поводу любовных коллизий. Но в равной мере относится и к государствам с их взаимоотношениями. Китай дожидается момента, когда плод созреет.

И мы тоже вполне бы могли взять на вооружение такую стратегию. Как в своё время высказался Горчаков, «Россия не сердится, Россия сосредотачивается». И гибко решить крымский вопрос. Но Москва в ситуации форс-мажора поспешила осуществить формальное присоединение. Хотя мы могли бы отнести Крым к ещё одной непризнанной республике. Но были уверены в собственных силах или, быть может, переоценили свои возможности. И то и другое – опасно. Не совершили ли мы стратегическую ошибку?

Что касается отношения Украины к крымской проблеме, то они уже успели привыкнуть к нахождению полуострова в своем составе. Известно выражение: «Занимаешь чужое, а отдавать приходится свое» В этом смысле Крым для Украины – отрезанный ломоть. И поскольку все последствия не были наперёд просчитаны российской стороной, авторы опасаются, что блестяще проведенная тактическая операция может открыть врата для стратегического поражения. Ведь важно выиграть не бой, а войну (вспомним царя Пирра и его победу).