658 зенитно-ракетный полк особого назначения

«Сандерс, находившийся в носовом отсеке самолета, продолжал информировать, что радарная система работает нормально. Ферз сидел в кресле второго пилота и следил за работой приборов. Крэмптон вдруг увидел сполохи света, которые временами отражались на облаках и казались похожими на отблески взрывов, какие он наблюдал в ходе ночных бомбардировочных рейдов. Вреда от них не было, но Крэмптона они беспокоили. RB-45C шел на высоте 11000 метров на скорости, близкой к максимальной. Он пролетел над большой частью намеченных объектов и поворачивал на юг, к Киеву, когда Крэмптон заметил, что отблески света на облаках стали интенсивнее; вспышки происходили прямо под самолетом. Это не было похоже на какой-то природный феномен и больше напоминало вспышки разрывов снарядов зенитной артиллерии; накануне вылета офицеры разведки на инструктаже ничего не говорили о зенитном заградительном огне, но именно так рвались снаряды рядом с самолетом, когда много лет назад Крэмптон летал в небе над нацистской Германией. И вдруг целая гроздь золотых разрывов полыхнула прямо по курсу самолета, примерно в 200 метрах впереди и как раз на той же высоте, на которой летел RB-45C. Крэмптон среагировал бессознательно: он увеличил скорость до максимальной и развернулся на запад. Самолет набрал предельную скорость и завибрировал от рева двигателей. Только выйдя из зоны разрывов, Крэмптон начал постепенно сбрасывать обороты.»[46]

Речь идёт о разведывательном полёте трёх вылетевших из Англии RB-45C над территорией СССР в ночь с 28 на 29 апреля 1954 года. Артиллерийский зенитный огонь не причинил вреда реактивному RB-45C. Попытка навести истребители на перехват нарушителя также не увенчалась успехом.

Такая нерезультативность артиллерийского зенитного огня объясняется несколькими причинами. Во-первых, реактивный самолёт на скорости в 900 км/ч быстро минует зону огня зенитной батареи, ширина которой на высоте 11000 метров не превышает нескольких километров. Самолёт минует зону поражения за несколько десятков секунд. Во-вторых, зенитные снаряды поражают воздушные цели не прямым попаданием, а осколками. Чем дальше разрыв зенитного снаряда от цели, тем меньше осколков попадёт в самолёт. А вероятность того, что несколько осколков весом в 5 грамм, даже если и попадут в самолёт размером более 30 метров, причинят ему серьёзный ущерб, крайне невысока.

В те годы истребители-перехватчики только начали оснащать радиолокационными прицелами, да и дальность бортовых РЛС была невысока. Поэтому наведение истребителей на воздушную цель осуществлялось по командам с земли, по показаниям наземных РЛС. Истребитель должен был выйти на расстояние прямой видимости с целью, после чего уже атаковать её. Учитывая большую высоту полёта и высокую скорость реактивного самолёта-нарушителя, даже если пилот истребителя смог обнаружить его визуально, шансов провести удачную атаку, сблизившись с целью на дистанцию несколько сот метров, было очень мало.

Для успешной борьбы с самолётами противника нужны были новые средства, в качестве которых могли выступать зенитные ракеты.

Забегая вперёд, следует отметить, что практически до начала 60-х годов зенитные артиллерийские дивизии прикрывали Москву и ближнее Подмосковье одновременно с зенитной ракетной системой С-25. И только в самом конце 50-х – начале 60-х годов в московские зенитные артиллерийские полки стали поступать зенитные ракетные комплексы, сначала С-75, а чуть позже – С-125.

Например, с 1945 по 1961 годы на территории военного городка в Павшино под Красногорском Московской области дислоцировались 236-й гвардейский, а затем и 47-й зенитно-артиллерийские полки первой зенитно-артиллерийской дивизии Московского округа ПВО. В 1960-м году 236 гвардейский ЗенАП был переформирован в 236 гвардейский зенитный ракетный полк, но местом его дислокации так и осталась расположенная недалеко от Павшино деревня Митино (ныне район Москвы). А 47-й ЗенАП в 1961 году был передислоцирован в Дмитров, где был переформирован в 47-й зенитный ракетный полк и получил на вооружение ЗРК С-125. А до этого на вооружении 47-го ЗенАП были 130-мм зенитные орудия КС-30.

Вот как об этом вспоминает ветеран в/ч 92598 подполковник Анатолий Михайлович Распеченюк, в 1960-м году старший лейтенант, командир батареи: «Ещё когда в Химках стояла батарея, я стрельнул со 130-ки поражающим залпом, и после этого сделали батарею открытой для печати. И моя фотография попала на первую страницу «Красной Звезды». Стояли в то время в Химках, там есть Куркинское шоссе, от Ленинградки отходит, если в Москву едешь – направо, и радиополе там у них было, вот против радиополя как раз была батарея. Вокруг ничего не было – чистое поле, а заезд на батарею был не с Куркинского шоссе, с сверху, с севера».

Мне удалось найти номер «Красной Звезды» от 12 июня 1960 года с фотографией А. М. Распеченюка.