Адмирал Ямамото. Путь самурая, разгромившего Пёрл-Харбор. 1921-1943 гг.

Во время военных игр 1940 года участвовавшие в них самолеты сумели выследить и поразить линейные корабли, несмотря на тактику ускользания, которую применяли их цели (точно как в уже упоминавшейся «операции 123»); Ямамото, который наблюдал за этим и оценивал, заметил потом, в ходе разбора:

– Меня удивляет, почему бы им не взять Пёрл-Харбор.

После еще одного разбора он сказал Фукудоме и контрадмиралу Озаве, который в то время командовал 1-й эскадрой авианосцев:

– Вы не думаете, что идея морского генерального штаба об операциях на изматывание, на пятьдесят процентов зависящая от подлодок, несколько рискованна? Не могу всерьез поверить, что выманивание их в открытый бой сработает.

Поэтому возможно, что примерно в 1940 году у Ямамото постепенно обретала очертания мысль (если начнется война) нанести дальний предупреждающий удар по американскому флоту на Гавайях.

1940 год в Японии отмечался как 2600-я годовщина восхождения на престол императора Дзимму, первого национального императора. Среди многих ритуалов, отмечающих это событие, – императорский смотр 11 октября, – ему суждено стать последним случаем официального появления Объединенного флота на публике.

В то утро Ямамото, который отвечал за смотр, приветствовал императора на борту «Хиеи», – его величество намеревался произвести отсюда смотр своего флота. Потом он давал императору разъяснения, пока императорский корабль (впереди шел «Такао», а крейсеры «Како» и «Фурутака» сопровождали его) проходил сквозь строй судов Объединенного флота, вытянутого в пять линий вдоль Токийского залива во главе с «Нагато», – команды выстроились на палубах.

Присутствовали кронпринц и другие принцы крови; смотр отчетливо был виден с таких удобных точек Йокогамы, как парк Ногейяма, крыши высоких зданий и окна иностранных дипломатических миссий и магазинов. Общее водоизмещение морских кораблей составляло 596 060 тонн; участвовали 527 самолетов; этот Объединенный флот, третий в мире по величине, тем не менее был почти полностью уничтожен в войне, начавшейся спустя год и два месяца. В то время как «Хиеи» – покачивая крыльями в приветствии императорскому кораблю – величественно проплывал мимо выстроившихся боевых кораблей, над флотом одна за другой пролетали эскадрильи истребителей, бомбардировщиков, самолетов-разведчиков и гидропланов морского авиакорпуса под командованием контр-адмирала Озавы, а затем улетали на запад, в небеса над Токио, и исчезали из виду. Никто из наблюдавших этот смотр не мог и подумать, что через четыре года и одиннадцать месяцев почти в том же месте Токийского залива, на борту американского линкора «Миссури» будет подписываться акт о безоговорочной капитуляции Японии.

В ту ночь Ямамото нанес один из своих редких визитов домой, в Токио. Существует легенда, что, поскольку семья его не ждала, ворота заперли и в конечном итоге человеку, только что командовавшему особым императорским смотром, пришлось перелезть через забор собственного сада, как заурядному жулику.

Месяц спустя, 11 ноября, на площади перед Нидзубаси, входом в Императорский дворец, состоялась другая церемония – праздновали восхождение Дзимму на престол. На этом зрелище, одном из самых впечатляющих за век, присутствовали император и императрица вместе с военными и гражданскими лидерами нации и представителями всех слоев населения, – не говоря уже о четырехстах студентах и студентках Токийской академии музыки, которые под аккомпанемент армейского и флотского оркестров исполнили сочиненную по торжественному случаю оду. Ямамото, хотя и приглашенный, не появился. Когда кто-то спросил его почему, он ответил:

– Япония воюет с Китаем. Если бы я был Чан Кайши, то использовал бы все свои самолеты для налета на площадь Императорского дворца и одним ударом смел бы с лица земли руководящую элиту Японии. Поэтому я отклонил императорское приглашение и вместо этого провел два дня в море – следил за небом.

Главнокомандующий Объединенного флота не посещает столь важную церемонию по такому знаменательному для всей страны случаю, – это выглядит, как минимум, оскорбительно. Представленное объяснение имеет смысл; представим, что Ямамото жив, и спросим его, был ли он тогда искренен. Непохоже, что он как-то особо неприязненно относился к мифам о создании нации или празднованию 2600-й годовщины как таковой; точно одно – он не любил вмешивать богов в чисто мирские дела. Вот что говорил один бывший контр-адмирал, хотя это не имеет прямого отношения к Ямамото: «При гонке вооружений, например, понятно по численным данным, у какой страны преимущество, если Япония и Америка ринутся в безудержное соперничество; но для людей, ослепленных „путем богов“, это не имело значения. Можно приводить им эти цифры до посинения, – все равно ничего не поймут».