Адмиралы и корсары Екатерины Великой

Сразу же после заключения Кючук-Кайнарджийского мирного договора Екатерина приказала по возможности скрытно построить большой флот на Черном море. Естественно, возник вопрос о строительстве новых верфей. Как уже говорилось, малые глубины в устье Дона и Таганрогского залива сильно затрудняли строительство морских судов с большой осадкой.

Тем не менее на Новохоперской верфи продолжалось строительство фрегатов. Со 2 апреля 1777 г. по 15 апреля 1779 г. там были спущены фрегаты «Седьмой», «Восьмой», «Десятый» и «Девятый».

В 1777 г. в устье Дона в протоке Гнилая Тоня была основана Гнилотонская верфь. Там 18 января 1778 г. заложили 44-пушечный фрегат «Одиннадцатый» (с 1783 г. – «Храбрый»). За ним последовали 44-пушечные фрегаты «Двенадцатый», «Тринадцатый», «Четырнадцатый», «Пятнадцатый», «Шестнадцатый» и т. д.

В 1783 г. в Кутюрминском устье Дона у села Рогожские Хутора была основана Рогожская верфь. Там 23 декабря 1783 г. был заложен 46-пушечный фрегат «Петр Апостол», за которым последовали однотипные фрегаты «Иоанн Богослов», «Царь Константин», «Федор Стратилат» и другие.

Но даже большие 44—46-пушечные фрегаты не могли заменить корабли. Верфь же для строительства кораблей можно было устроить только в Днепро-Бугском лимане и на участке Днепра от его устья до порогов.

В январе 1777 г. Екатерина II приказала генерал-контролеру С. Б. Шубину найти место в Днепро-Бугском лимане для строительства крупной верфи. Наиболее удобным местом для строительства верфи была Глубокая Пристань, однако строить там верфь было опасно. Не будем забывать, что в 50 км ниже находилась мощная турецкая крепость Очаков, а из-за особенностей местности укрепить Глубокую Пристань было нельзя. Поэтому верфь решили строить выше дельты Днепра. Там и началось строительство верфи.

Указом императрицы от 31 марта 1778 г. строительство флота на Черном море было отдано на попечение новороссийскому генерал-губернатору генерал-аншефу княю Потемкину. А 18 июня Высочайше повелено на месте верфи у небольшой крепости Александршанц основать порт и город Херсон.

26 мая 1779 г. на Херсонской верфи был заложен первый русский корабль на Черном море. Этот 60-пушечный корабль получил название «Святая Екатерина». Но, увы, «первый блин пошел комом», конструкция его оказалась неудачной, древесина гнилой и корабль пришлось зимой 1784/1785 г. разобрать на стапелях.

Более удачной оказалась серия 66-пушечных кораблей «Слава Екатерины», «Святой Павел», «Мария Магдалена», «Александр», «Владимир», «Иосиф II», заложенных в Херсоне с 16 сентября 1783 г. по конец 1788 г.

Официально днем рождения Черноморского флота считается рескрипт Екатерины II от 11 января 1783 г. В нем говорилось: «…Для командования заводимым флотом нашим на Черном и Азовском морях повелеваем тотчас отправить нашего вице-адмирала Клокачева, которому для принятия потребных наставлений явиться у нашего новороссийского и азовского генерал-губернатора князя Потемкина».

Поскольку специального документа о переименовании Азовской флотилии в Черноморский флот нет, то дата подписания этого рескрипта, где впервые употребляется термин «флот», и была много позже объявлена днем создания Черноморского флота.

Вскоре новорожденный флот понес и первую серьезную утрату. 24 сентября 1786 г. корабль «Александр» из-за навигационной ошибки налетел на камни у мыса Тарханкут (Крым). Команда была спасена, а корабль снять с камней не удалось, и он был разбит волнами. Командир «Александра» капитан 2-го ранга Д. А. Доможиров был приговорен военным судом к вечной ссылке на галеры, но позже был прощен императрицей.

Итак, на Черном море появился флот, и сразу встал вопрос о его базировании. Естественно, что ни Днепровский лиман, ни порты Азовского моря для этого не подходили. Между тем на юге Крыма имелась огромная Ахтиарская бухта. Интересно, что ни татары, ни другие народы не строили крупных населенных пунктов в Ахтиарской бухте. Согласно одной из легенд, татары считали берега этой бухты проклятыми. К 1778 г. на берегах бухты имелось лишь маленькое селение Ахт-Яр[75] из нескольких домишек, да и располагалось оно не у воды, а высоко на холмах. По названию этого селения будущая Севастопольская бухта получила название Ахтиарской.

Кто из русских первым оценил значение Ахтиарской бухты – доподлинно неизвестно. Большинство историков приписывают это А. В. Суворову. Во всяком случае, Александр Васильевич писал о ней: «Подобной гавани не только у здешнего полуострова, но и на всем Черном море другой не найдется, где бы флот лучше сохранен и служащие на оном удобнее и спокойнее помещены были…»