Афган: разведка ВДВ в действии. Мы были первыми

– Короче так, товарищ лейтенант, в горах отряд около тридцати человек, все с оружием. В пещерах плохо – холодно, зима, мало еды, больные. Их командир сказал моджахедам, что скоро они в Кабуле выступят против русских и Кармаля. Отряд, спустившись с гор, сосредоточился в кишлаке, а сегодня днем под видом мирных жителей им приказано просочиться в Кабул. Оружие они спрятали в арбах под тюки с хозяйственным грузом. В городе их встретят.

– Спроси, кто те двое, что были с ним?

Сафаров перевел. Пленный ответил и замолчал.

– Ну что?

– Говорит, что они из одного отряда, готовили вьючных животных для поездки в Кабул. Утром собирались выехать.

– Сколько единиц оружия подготовили к переброске?

Сафаров перевел.

– 12 автоматов, два гранатомета, много патронов.

– Где планировали въехать в город?

– Здесь, – был ответ.

– Где – здесь?

– Возле заставы «шурави» безопасней.

– Почему?

– «Шурави» не досматривают машины, груженые повозки, а «сорбозы» проверяют и берут бакшиш.

– Спроси – сколько человек этой ночью спустилось с гор и находятся в кишлаке?

Пленный, разминая затекшие руки, ответил:

– Несколько отрядов по 20–30 человек в каждом. Вооружены.

– Ничего себе, – воскликнул я, – вот бы прессанули, вляпайся им!

Ответ «языка» вызвал холод не только в кишках, переглянувшись с Сашкой, мы поняли – пленный давал информацию особой важности.

– Товарищ лейтенант, «духовские» отряды к вечеру должны быть в Кабуле, – уточнил Сафаров.

– Понял, Сергей, понял.

В голове стучали молоточки – действия группы по варианту быстрого отрыва, возможно, спасли нас от гибели в снежной долине. Кто его знает, может, «духи» пытались устроить погоню, но опоздали с перехватом у Черной горы, впрочем, это уже из области лирики. (Пройдет чуть более года. Командуя разведывательной ротой 350-го гвардейского парашютно-десантного полка, именно здесь, в Тарахейле, я со своими разведчиками встречусь в бою с группировкой противника, которую мы будем уничтожать в течение нескольких дней. Будут раненые, убитые…) Сегодня же мы выполнили очередное задание командования по захвату «языка», чтобы получить информацию о намерениях противника.

– Сергей, ты понял, какого мы взяли «душка»?

– Да уж, товарищ лейтенант, – кивнул заместитель.

– Береги его, как зеницу ока, и держи рядом с собой.

– Понял.

– Давай к ребятам, скоро на базу.

– Есть.

Александр был весь на иголках, едва дождался, когда я отправлю сержанта к разведчикам.

– Давай быстрей, – толкнул меня в бок, – скоро машина.

Хозяин лихо плеснул в кружки желто-зеленую жидкость – шароп. Ну, и… черт с ним.

– Валер, давай.

Опрокинули в рот самогон, вызывающий рвотный рефлекс, но ничего, прокатилось. Чего уж там, сейчас все пойдет…

– Саш, давай Мажмунова, пусть покрутит «душка», глядишь, что-нибудь и накрапает.

– Дневальный! Мажмунова, – крикнул взводный.

Прикрыв глаза, я прислушался к себе – шароп разносил по жилам мерзкую дурь. Что же получается? «Духовские» отряды спускаются с гор и размещаются перед самым Кабулом. Таким образом, в кишлаках образуются перевалочные базы, пункты сбора для последнего броска в столицу. В них же складируется оружие, боеприпасы, задействуются жители для операций в Кабуле. Одним словом, оппозиция готовит активные действия.

– Товарищ старший лейтенант, прибыл майор Скрынников, – доложил начальнику заставы вбежавший в землянку сержант.

Пытаюсь вскочить, чтобы доложить начальнику разведки, но едва получилось встать, ноги не слушались. Совсем не ожидал, что Михаил Федорович лично прибудет за группой. О «языке» он знает, видимо, хочет сам допросить, а то армейская разведка заберет к себе в штаб и оставит нас без информации. Кое-как вышли наружу. Михаил Федорович направлялся в нашу сторону.

– Товарищ гвардии майор, разведывательная группа боевое задание выполнила. Произведен захват «языка» и первичный допрос. Потерь не имею. Командир разведгруппы гвардии лейтенант Марченко.

– Валер, ты молодец, конечно, но я-то всю ночь не спал, – хитро улыбаясь, жал мою руку начальник.

– Знаю, товарищ майор, но у меня ночь тоже была вроде как без сновидений.

– Не подначивай старого майора.

– Никак нет! Как можно? Да и какой вы старый?

Скрынников повел носом.

– Успел?

– Немного, камкам (чуть-чуть).

– За что тебя люблю – не врешь.

Какой «не врешь» – шаропом несло за версту.

– Устали?

– Не то слово, товарищ майор, едва стою.

– Ну, ты – это ладно, а народ?

– В порядке, выдержали. Надо представить к наградам.

– Давай «языка» посмотрим, а там разберемся.

– Есть. Баравков, «языка» на КП начальника заставы.

Подмигнув Александру, я обратился к начальнику:

– Товарищ майор, не возражаете, если переводчиком будет Мажмунов – солдат с заставы, таджик, призванный из забитого кишлака – он больше расположит «земляка» для беседы.

– Давай.

Александр вызвал на КП лучшего «друга» разведчиков, куда вскоре прибыл Баравков с пленным душманом. Начальник разведки сходу взял «языка» в оборот, но минут через десять допрос прекратил.