Афган: разведка ВДВ в действии. Мы были первыми

В командирской палатке Комар рассказал нам несколько хороших новостей: с роты снимают охрану резиденции Маршала Советского Союза Соколова и телецентра. Это значит, что Шура Ленцов вернется в подразделение, Сергей Коробицын с авианаводчиком Юрой также вернутся в базовый лагерь. Рота соберется в месте постоянной дислокации и будет действовать по уничтожению бандформирований — так прозвучало в приказе командира дивизии. Решался вопрос о снятии с дивизионной разведки охраны литерной стоянки самолетов. Нам становились понятны намерения командования: разведку дивизии ориентировали на активные боевые действия, для чего подразделение собирали в единую боевую единицу.

— Кажется, Иван Геннадьевич, предстоят большие дела?

Гришин задумчиво смотрел на Ивана.

— Похоже, что так и есть.

— Что-нибудь еще рассказал дядя Миша?

— Ничего особенного, будем подтягивать молодежь. Валера, — обращаясь ко мне, Комар положил свою руку мне плечо, — в штабе работают над новой рейдовой операцией. Практику в этом безобразии имеешь только ты со своими разведчиками, поэтому сам понимаешь — готовься.

— Ясно, Иван Геннадьевич, но пятеро молодых парней — не многовато ли для взвода?

— Что я скажу? Вводи в строй. Единственно, чем помогу — Ходжа-Раваш в твоем распоряжении в свободное от разведки время.

— Разрешите?

Повернувшись на голос вошедшего, я увидел моего нового сержанта по фамилии Азарнов.

— Товарищ гвардии старший лейтенант, разрешите обратиться к лейтенанту… Возникла пауза. — Извините, фамилию не знаю.

— Марченко, — подсказал я младшему командиру.

— К гвардии лейтенанту Марченко.

— Обращайся, — Комар испытующе смотрел на нового командира отделения.

— Товарищ гвардии лейтенант, вновь прибывшее пополнение по вашему приказанию построено. Командир отделения сержант Азарнов.

— Иван Геннадьевич, разреши приступить к вводу в строй молодого пополнения, — обратился я к командиру.

Комар развел руками.

— Тебе и карты в руки! Желаю успеха!

— После ужина, Валерий Григорьевич, молодежь в Ленинскую комнату, — уточнил замполит.

— Понял, Владимир Николаевич, будут вовремя.

Выйдя из палатки, я скомандовал:

— Вольно, Азарнов.

— Вольно, — продублировал сержант.

Эти чистенькие молодые парни только что из Союза. Закончив «учебку» в Гайжюнае, их направили для прохождения службы в Афганистан. Немного растерянный взгляд. Для них все новое: война, горы, неизвестность. Психологической подготовкой с ними никто не занимался, но они закончили маленький Гайжюнай, теперь им не должен быть страшен большой Бухенвальд. Под этим солдатским девизом они воспитывались в 44-й учебной дивизии в лесах заброшенной Руклы. Привыкнут, служба закрутит так, что не до эмоций и душевных переживаний, а пока с неестественно белыми лицами они стояли в строю — парни советской страны, призванные Родиной для выполнения интернационального долга.

— Гвардии лейтенант Марченко Валерий Григорьевич, ваш командир, — представился бойцам, — с этого дня вы отданы приказом во разведвзвод, которым командую я. Вам выпала честь занять боевые места в строю вместо парней, увольняемых в запас.

По глазам пытался понять, насколько мои слова доходили до их сознания в минуты решения военной судьбы. Вроде без эмоций.

— Будете принимать участие в боевых действиях с жестоким врагом. Понимаю, в Союзе вам говорили, что мы здесь на учениях и занимаемся охраной объектов. Вскоре убедитесь, что это не совсем так. Поэтому единственная просьба и приказ: на лету хватать все, чему буду учить на занятиях и в практической деятельности. Так же перенимать опыт разведчиков старшего призыва. Сделать это надо в самые короткие сроки. Ваша жизнь в ваших руках: не более — не менее. Это понятно?

— Так точно, — ответил за всех Азарнов.

— Вопрос на «засыпку»: все добровольно изъявили желание служить в Афганистане?

Молодежь без паузы дружно ответила:

— Так точно.

— Больше об этом спрашивать не буду, вечером замполит расскажет вам о стране, политической и военной ситуации, чем на самом деле занимается ограниченный контингент советских войск в Афганистане. Вы узнаете о боевой работе нашей роты и вообще узнаете все, чем вам придется заниматься в ближайшие полтора года.

Оглянулся к палаткам своего взвода.

— Баравков, ко мне.

Подбежавший Гена, немного заикаясь, доложил:

— Товарищ гвардии лейтенант, сержант Баравков по вашему приказанию прибыл.

— Товарищи разведчики, представляю вам исполняющего обязанности заместителя командира взвода гвардии сержанта Баравкова — старший сержант Сафаров увольняется в запас.

Баравков с достоинством стоял перед молодым пополнением и, вероятно, оценивал круг возложенных на него обязанностей.

— Сержант Азарнов.

— Я.

— Назначаетесь командиром второго отделения вместо Баравкова.

— Есть, товарищ лейтенант.

— Теперь, пожалуй, главное. Хочу, чтобы каждый из вас понял: вы, ребята, прибыли на войну «всамделишную», где убивают по-настоящему. Чтобы вы в это быстрее поверили, завтра я вас поведу на экскурсию.