Агенты Берии в руководстве гестапо

Но и те руководители РСХА, которые не были садистами, тоже оказывались причастны к неблаговидным деяниям. Скажем, Шелленберг постарался изобразить себя в мемуарах эдаким «чистым», идеальным разведчиком. Но ведь до 1941 г. и он служил в гестапо, возглавлял контрразведку. Он описывает, к примеру, как мастерски раскрутил польского шпиона Сосновского, который влюбил в себя работавших в военных учреждениях «фройляйн Н.» и «фройляйн Б.», сожительствовал с обеими и получал ценные сведения. Шелленберг представляет это дело в качестве некоего интеллектуального поединка, умалчивая одну «мелочь» – чтобы сломить и расколоть Сосновского, обе его любовницы были гильотинированы у него на глазах.

Исказил он и историю о том, как после начала войны с Россией были арестованы несколько сотрудников советских учреждений. А потом, дескать, они боялись возвращаться к своим, опасались гнева начальства и репрессий на родине. В реальности подчиненные Шелленберга в тот раз захватили нескольких работников торгпредства и журналистов, не имевших дипломатического иммунитета. И измордовали их так, что для последующего размена на немецких представителей в Москве некоторых пришлось нести на носилках. Наконец, именно Шелленберг, а не Мюллер договорился с вермахтом о деятельности айнзатцгрупп на советской территории и их обеспечении (на Нюрнбергском процессе он наивно отговорился тем, будто не знал, для чего предназначены эти группы – ну мало ли, порядок поддерживать, охранную службу нести, воришек ловить, движение на дорогах регулировать?)

Но, между прочим, и в целом сложившееся представление о том, будто преступления творила только кучка эсэсовцев и гестаповцев, а большинство германского народа осталось при этом вполне «цивилизованным», очень далеко от истины. Я не зря привел в начале книги примеры из времен Первой мировой, когда не было ни нацизма, ни СС. Так чего бы немцам не вытворять то же самое во Вторую мировую, когда это вдобавок поощрялось господствующей идеологией? Взять хотя бы армию. Охрану Освенцима несли не только подразделения СС, но и вермахта. Комиссаров и евреев, а часто и просто пленных расстреливали по приказам Кейтеля не эсэсовцы, а захватившие их армейские части. А в 1941–1942 гг., чтобы не отвлекать служащих вермахта, конвоирование пленных и охрана лагерей возлагалась на солдат из строительной организации Тодта, куда призывались почтенные граждане старших возрастов. И именно они пристреливали отставших, морили людей голодом и холодом в первых, самых страшных лагерях военнопленных.

Армейцы широко участвовали в карательных акциях. Многие солдаты и офицеры становились палачами очень охотно, при этом чрезвычайно любили позировать перед фотообъективами и кинокамерами, собирая целые коллекции свидетельств о своих «подвигах». Из-за чего и сохранилось так много кадров, где «бравые немецкие парни» измываются над жертвами, расстреливают, вешают, жгут. Манштейн, оставивший подчеркнуто «солдатские» воспоминания, правда, попросил Олендорфа, чья айнзатцгруппа оперировала в полосе его 11-й армии, не осуществлять массовых расправ ближе 200 км от его штаба. Но обратился и с другой просьбой – прислать ему несколько тысяч часов, взятых у расстрелянных. Для награждения офицеров. Что ж, Олендорф обе просьбы любезно исполнил. Чего не сделаешь ради плодотворного сотрудничества? Ведь и Манштейн ему помогал, предоставлял солдат для расстрелов, машины для перевозки жертв к месту казни.

Некоторые военачальники и сами «полезную инициативу» проявляли. Скажем, командование группы армий «Центр» 12 июня 1944 г. направило меморандум Розенбергу, что по предложению, выдвинутому 9-й армией, собирается захватить 40–50 тысяч подростков 10–14 лет и направить в рейх для работы учениками и подмастерьями. Пояснялось, что «эта мера направлена не только на предотвращение прямого пополнения численности армий противника, но и на сокращение его биологического потенциала». Операция получила название «Сенокос».

Кстати, и некоторые германские сателлиты в данном отношении вели себя не лучше. Например, венгерские солдаты Сегедского корпуса под командованием генерала Ф. Фекетхалми-Цейдлера «отличились» в январе 1942 г. массовыми расправами над сербами и евреями в югославской Воеводине. По селам сотни людей даже не расстреливали, а обезглавливали топорами. И учинили двухдневную бойню в городе Нови-Сад. Богатые семьи вырезали прямо в домах, а 3,5 тысячи человек собрали на берег Дуная, приказали раздеться, выгнали на лед, расстреляли и спустили трупы в проруби. В 1942 г. в Будапеште вышла книга свежих фронтовых воспоминаний «Военный дневник». И один из авторов, взводный командир Шандор Криштоф, подробно расписывал, как он и его подчиненные помогали немцам в «спецакциях» в украинских селах, какое наслаждение доставляло ему собственноручное убийство женщин и детей, смаковал подробности и имел наглость благодарить Бога, что смог поучаствовать в уничтожении славянской и еврейской «заразы». Причем этой книге в Венгрии была присуждена конкурсная литературная премия!