Агнцы у порога

Его Величество Сенастьяр весьма обрадовался, узнав о том, что я выкроил пару дней дня визита.

- Я буду очень рад принять тебя, о достойный августейший брат Геневис! – исходил он в комплиментах через «волшебное зеркало».

Лично мне такие дифирамбы казались излишними и уж очень неестественными, но, кажется, так было принято в Ильфате. Находясь в самой восточной части материка, он сочетал в себе черты европейских и азиатских государств моего мира, и оттого казался мне немного странной смесью.

Я долго думал, кого брать с собой, а кого оставлять в столице. Но моментальная связь через духов и возможность моментального возвращения обратно через портал искушали... так что я плюнул, и со мной пошли и Тилль, и Колтри.

Прочие придворные оставались за главных, но с условием – никаких критично важных решений не принимать и обо всём мне тут же сообщать – особенно о том, что связано с войной.

Последним решением, принятым уже буквально за час до перемещения, было взять с собой Орли. Тот был замаскирован под вельможуиз моей свиты, и я надеялся, что магические средства Ильфата не выдадут его тайны.

Сенастьяр, конечно, знал, что наше «чудо» было рукотворным. Но как именно мы воплотили его в жизнь – он не догадывался, а я и не собирался раскрывать перед ним абсолютно все карты.

Глава 47 - Визит в Ильфат II

Что ж; в чём-чём, а в пышности, роскоши и пускании пыли в глаза Ильфату действительно равных не было. И, надо сказать, хоть я и понимал это – какая-то часть меня испытала лёгкую зависть.

Мой замок, несомненно, был хорош. Особенно после убогой квартиры, в которой я проживал в прошлой жизни, он воспринимался мной как нечто роскошное (да, по сути, и был им) – но теперь...

Ковры, позолота, лепнина, орнаменты – я словно попал из своего средневековья с массивными крепостями, сложенными из толстых камней, в пещеру Аладдина или что-то подобное. Встречали нас с музыкой и восторгами.

Мне очень хотелось переглянуться с Тиллем, но я подавил в себе это желание и вежливо двинулся навстречу Сенастьяру, который уже распахнул объятия. Он что, всерьёз собрался обниматься?!

Оказалось, что да. По счастью, обошлось без брежневских троекратных поцелуев, и, выпутавшись из обнимашек и провозгласив о том, что я тоже рад наконец-то лицезреть вживую своего царственного собрата, я был приглашён со всей своей свитой в пиршественную залу.

На самом деле, мне не терпелось разобраться с этими пышными традициями и приступить непосредственно к цели визита – к разговорам о войне и нашем союзе. Но Сенастьяр бы и слушать об этом не стал. В конце концов, это не к его границе вот-вот должна была подойти стотысячная армия...

Поэтому мне пришлось часа два отдавать должное изысканным блюдам, редким винам и светским разговорам.

- Скажите, венценосный брат... – обратился я к Сенастьяру. – Я заметил, что ваш замок, хоть и являет собой настоящее произведение искусства, не отличается прочностью стен.

- О да, - кивнул Сенастьяр, цепляя позолоченной двузубой вилочкой ломтик рыбы. Кажется, он любил поесть, - Толстые стены не несут в себе изящества, а мы в Ильфате ценим подлинную красоту.

- Всё так, - признал я. – Любоваться стенами замка, разглядывать все эти узоры и сюжеты, можно очень долго. Но разве это не... опасно? Всё-таки замок – это в первую очередь крепость, и должен защищать своего обитателя.

- Вы даже за столом умудряетесь говорить о войне, - усмехнулся Сенастьяр и игриво погрозил мне пухлым пальцем. – Но я отвечу. Нам нет нужды защищаться от врага столь примитивными методами, как толстые каменные блоки. Магия надёжно сделает это за нас.

Кажется, и эти тоже воспринимают себя выше остальных, хоть и не так... афишируют это, как санглатцы.

Впрочем, Сенастьяр тут же прибавил:

- До сих пор мы были единственной страной в королевстве, чей быт был бы основан на магии. Другие народы относились к этому тонкому искусству со страхом и предубеждением, а маги в них занимались всякими диковинками и декоративными глупостями – вместо того, чтобы приносить настоящую пользу. Я рад, что мы наконец-то не одиноки, дорогой Геневис.

Насколько эта радость была искренней? Я не знал. Рано или поздно Ильфат мог решить, что Гротлинг ему уже не союзник, а конкурент. И что тогда?

Наконец, торжественный обед закончился; мне представили всех вельмож, всех передовых магов, родственников короля – в отличие от меня, у него было большое семейство – и так далее.

- Возможно... – предположил я после, - теперь можно немного и делом заняться? Венценосный брат... знаете, мне было бы интересно взглянуть на то, что вы сделали с монстрами, которых я вам отправлял.

- Ах, те подопытные образцы? – меня немного покоробило такое название, но я решил не обострять ситуацию. Как бы там ни было – дезертиры это заслужили. – Да, я охотно покажу вам, чего мы добились.