Айвазовский в Крыму

Погасло дневное светило:На море синее вечерний пал туман.Шуми, шуми, послушное ветрило,Волнуйся подо мной, угрюмый океан.Я вижу берег отдалённый,Земли полуденной волшебные края;С волненьем и тоской туда стремлюся я,Воспоминаньем упоённый…

Привязанность Айвазовского к Крыму, к Чёрному морю можно усмотреть не только в полотнах, изображающих Феодосию. Есть у него и картины, написанные в других пунктах полуострова, начиная от Керчи и до Евпатории.

Айвазовский умел запечатлеть характерные особенности каждого места, так что по его картинам можно составлять яркое, образное представление о природе прибрежной полосы Крыма.

Больше всего, конечно, ему полюбилась Ялта, виды которой он писал в течение всей жизни. В 1864 году он создал одну из своих вдохновенных картин «Вид Ялты при восходе солнца», навеянную, как часто это с ним бывало, поэзией Пушкина.

Издавна Ялта считается одним из самых красивых мест, и недаром её прозвали жемчужиной Крыма. Южный берег всегда привлекал художников. Айвазовский был первым пропагандистом красот крымской природы, и по его картинам русское общество впервые познакомилось с Крымом.

Глядя на картины, постоянно находящиеся в экспозиции Феодосийской галереи, на которых изображены виды Ялты (их четыре), приходится ещё и ещё раз удивляться поразительному дарованию великого мариниста, умевшего воспринимать не внешние признаки природы, а то, что составляет самые драгоценные черты её, — вечную подвижность, изменчивость, разнообразие её состояний, зависящих от освещения, влажности воздуха, времени года, дня и т. д.

Айвазовский был подлинным художником-поэтом. Прелесть и красоты Ялты не в рисунке бухты, которая лежит у подножия горы, не в устойчивости очертания гор, по склонам которых лепятся городские постройки, даже не в перспективе, открывающейся на мыс Аю-Даг, который входит в ялтинский пейзаж. Всё это любил Айвазовский и постоянно изображал на своих картинах. Но изображал тонко, как художник, умевший уловить неповторимость и быструю изменчивость природы, которая придаёт такое богатство и разнообразие живописным образам его картин.

Три полотна Феодосийской галереи посвящены предзакатной Ялте: они передают различные моменты летней вечерней зари. Четвёртая картина изображает ранний утренний час, когда солнце, вставшее над горизонтом, окрашивает в лиловато-розовый цвет влажную пелену, окутывающую и дальние горы, и постройки города, и парусный корабль в гавани.

На недавно поступившей (пятой) картине, хотя Ялта изображена тоже в такой же утренний час и, казалось бы, должна повторить написанную раньше, но по содержанию она совершенно иная: богаче по колориту и по композиции и ярче передаёт состояние природы в ранний час летнего утра.

В шестидесятых годах наступил полный расцвет дарования Айвазовского. К этому времени он овладел вершинами мастерства, и, что важно, его восприятие мира достигло гармонического равновесия. Осталась позади романтическая поэтика образов, чрезмерная насыщенность колорита картин. Художник вступил в зрелую полосу, обрёл чувство меры, которое обычно сопутствует творчеству выдающихся мастеров искусства.

Картина «Вид Ялты при восходе солнца» создана зрелым художником в его мастерской по воспоминаниям о чудесном утре, которое он не раз мог наблюдать на Южном берегу Крыма. Написана она, вероятно, без предварительного карандашного рисунка с натуры. Наметив на холсте силуэт горы, дугу ялтинской бухты, прибрежный холм с церквушкой и городские домики, лепящиеся вокруг неё, Айвазовский создал канву для картины. А волшебство искусства состояло в том, что на белой ткани холста над горизонтом возникло солнце и золотым блеском озарило небо, горы, зеркальную гладь моря и городские дома.

Слева Айвазовский написал могучие пирамидальные тополя. Меж ними вьётся тропинка, уходящая в прохладную тенистую даль. А на переднем плане на лёгкой морской зыби, поднятой морским бризом, искрится и сияет отражённое солнце. Его блеск, живая игра бликов на изумрудном море являются центром композиции, который определяет мажорный строй всей картины, такой близкой и родственной известным пушкинским строкам, написанным в Крыму:

Волшебный край! Очей отрада!..Всё живо там: холмы, леса…

Силой творческого воображения Айвазовский сумел в своей темноватой мастерской, быть может, в хмурый зимний день вызвать к жизни образ лучезарного моря и вдохнуть в него трепетную жизнь. Сегодня, через сто лет, картина вызывает у нас такое же радостное волнение, какое испытывал великий мастер в момент создания её, что убедительно свидетельствует о великой жизненности искусства Айвазовского.