Академия драчёвых напильников

— А кто же тогда пойдёт, если ни мне, ни ведьме туда нельзя? И подожди. А как же Семиглазка туда прошла, если она ведьма. пускай и начинающая? — богиня терялась в догадках.

— А потому и прошла, что начинающая. Это нам с вами туда нельзя. Ни мне, верховной жрице Ваала. Ни вам, Богине. А вот на мелочь всякую, типа нашей потеряшки, «Зона» особо не реагирует.

—Так, я, получатся, могу идти? — уточнил Святой рыцарь.

— На счёт тебя есть некоторые сомнения. Но, можешь попробовать, — Старухе вовсе не было дело то перспектив новенького.

— Не спеши. Надо всё взвесить, — попридержала оптимизм сына родительница.

Богиня конечно же желала спасти юную деву, которую уже определила в свои невестки, но и подвергать опасности единственного сына не спешила.

— А что скажет наш эксперт по «Зоне»? — обратилась богиня к комвзвода.

— Идти надо, и быстро. Если она уже Свалку прошла, то там потом Болото. А за Болотом Комбинат будет. Но и болото ей пройти за чудо.

— Значит так. Заявляю официально. Я никуда не иду. А всё это ваше мероприятие — ваша собственная самодеятельность. И не забывайте, молодые люди, что за трёхдневный прогул следует автоматическое отчисление из техникума. Всем всего доброго и успехов, — Старуха развернулась на каблуках и щёлкнув ими, исчезла.

— Вот же задачка. Так кому идти-то? — размышляла вслух богиня.

— Так нам и идти. Вернее — мне, — обозначил диспозицию Великий гроссмейстер ордена защиты всех добродетели всех прекрасных дам.

— И куду ты один дойдёшь? Ты же там ни разу не был, — притормозил Безудержного эксперт.

— Так, а ты сам-то?

— А что я? Я до Посёлка пару раз доходил. Правда, очень медленно и с большим напрягом. Но, это лучше, чем ничего. Так что, я тоже иду. Третий нам нужен.

— А третий нам зачем?

— Затем. До болота всем взводом пойдём. Опять же практика бойцам будет, — задумчиво пробубнил старшой присев рядом с радиостанцией:

— Четвёртый, это база. Приём.

— Четвёртый слушает.

— Общий сбор. Есть работёнка. Как понял?

— Вас понял. Исполняю.

— А не поздно народ поднимать? — рыцарь пути не особо надеялся на непрокаченных солдатиков.

— А чего это — поздно-то? Как кататься на новом броневике без командира, так не поздно, а как на задание идти, так, типа, поздно? Нифига. Любят катясь, пусть любят и боевой подготовкой заниматься.

— Мальчик, вы уже всё решили?

— Так точно. Если поспешим, есть шанс, что на Болоте её и перехватим. На Болоте поопаснее будет, чем на Свалке. Там и мутанты попадаются. И кровосос может забрести. До посёлка ей всё равно не дойти. К счастью, но это не точно. Главное, чтобы она по глупости с тропинки не сошла.

— А что если сойдёт?

— Аномалии. Там аномалий дофигища. Тогда нам уже ей ничем не помочь.

— Ну почему мне нельзя с вами? Что может случится с богиней в какой-то «Зоне»?

— А что угодно может случится. Можете сколлапсировать моментально. А можете сгореть мгновенно. «Зона» сплошь анти. Антифизика и антимистика. Там вообще не пойми, чего творится с этими аномалиями. Но, чтобы вы не особо волновались, мы вас к оператору нашей птички отведём, будете в камеру всё наблюдать, с воздуха.

— Спасибо. А то же я вся изведусь, за вас переживая. А ты действительно веришь, что «реактор» желания исполняет?

— Я не верю, я — знаю. И знаю на практике. У моего одного очень знакомого человека именно «реактор» желание исполнил — судьбу изменил.

— Так что получается, Семиглазка пошла к «реактору» судьбу менять?

— Выходит, что так. Больше ей в «Зону» соваться резона нет. Только не дойти ей. Туда много кто оправлялся. И вполне себе опытные и прокачанные. Только вот ведьмы там очень быстро сгорают, и паладины тоже, кстати. Многие сбивались с пути и уходили на Дальний Кордон.

— А Дальний Кордон — это где?

— Это с обратной стороны «Реактора».

— Это, получается. Они через всю «Зону» сами пройти умудрились?

— Не-а. На Дальний Кордон самому никак не пройти. Иначе бы к «реактору» уже тракт протоптали все, кому не лень.

— А как тогда они?

— Их Кузьмич проводил.

— Кто?

— Кузьмич. Лесничий. Или не лесничий. Толком никто не знает.

— А как он там по «Зоне» ходит и жив до сих пор?

— Да не. Неживой он. Короче. Когда катастрофа произошла, он там то ли лесником был, то ли председателем колхоза. И когда эвакуация началась, он, как невкарманпихательный ответственный работник, ударник труда, и всё такое, всё своё хозяйство очень образцово погрузил и отправил. Да только одна корова, что на балансе числилась, пропала. Всех уже увозить стали, потому, как облако пошло с выбросом, а он побежал корову искать.

— И что?

— Ну вот с тех пор и ходит, корову свою ищет. Если страннику на пути в «Зоне» повстречается мужичок в плащ-накидке, да ушанке, и с двустволкой, да спросит, мол, не видал ли кто тут коровки холмогорской, то всё — финиш.

— Какой финиш?

— А такой. Этот Кузьмич всем его встретившим предлагает дойти до «реактора» через дальний кордон, короткой дорогой. И больше никто не знает куда пропадает человек.

— А как же узнают, что Кузьмич человека увёл?