Акула пера

Мы не знали, как племянница договорилась с фирмой, но надеялись, что ее доставят с кладбища прямо домой. Это очень облегчило бы нашу задачу: не пришлось бы долго выяснять личность этой женщины и адрес.

Доехав до центра, фургон свернул к центральному рынку и притормозил неподалеку от входа. Стоянка здесь была запрещена, и нам пришлось проскочить еще метров двадцать, прежде чем мы остановились.

Через заднее стекло я видела, как племянница, покинув фургон, поспешно направилась к зданию рынка. Фургон тут же продолжил движение, и стало ясно, что женщина уже не вернется.

У нас с Виктором даже не было времени договориться. Я велела ему ехать в редакцию и выскочила из машины едва ли не на ходу. Племянница, естественно, не собиралась меня дожидаться и уже скрылась за огромными дверями крытого рынка. Чтобы не потерять ее окончательно, мне следовало поторопиться.

Почти бегом я пробилась через толпу ко входу и влетела в торговый зал размером с хороший стадион. Здесь у меня сразу разбежались глаза: все вокруг было забито народом. Сотни людей непрерывным потоком двигались вдоль бесконечных прилавков, которые ломились от изобилия продуктов. В воздухе стоял непрерывный гул, складывающийся из множества голосов и шарканья ног. Запах фруктов щекотал ноздри.

Остановившись неподалеку от входа, рядом с торговцем цветами, я принялась напряженно осматриваться по сторонам, выискивая рыжеволосую фигуру в черном платье. Если это был не намеренный маневр, она не могла далеко уйти. Наконец мне повезло: в одном из рядов среди толпы покупателей мелькнула рыжая прядь. Я тотчас направилась в ту сторону, стараясь не выпускать ее из поля зрения. Подобравшись поближе, я убедилась, что не ошиблась — это действительно была племянница Самойловой. Она с деловитым видом приценивалась к связке спелых бананов, которые тяжелыми гроздьями громоздились на мраморном прилавке. Большой полиэтиленовый пакет в руке племянницы был уже до половины заполнен: похоже, она намеревалась основательно затариться. Может, собиралась устроить поминки по безвременно скончавшейся тетушке?

Выбрав бананы, племянница расплатилась, бросила гроздь в пакет и не спеша направилась дальше. Я потихоньку шла за ней, прячась за спинами покупателей. Женщина меня не замечала, и я настолько осмелела, что подобралась к ней совсем близко. Это едва не закончилось для меня плачевно.

Когда племянница, снова притормозив, принялась выбирать себе апельсины, к ней неожиданно сзади подошел человек и буквально навис у нее над плечом. Я не сразу поняла, кто это. Сработал стереотип — я все время держала в голове образ мужчины в коричневом пиджаке. А он оказался сегодня в сером.

Редкие волосы на его голове были прикрыты белой бейсболкой. На носу торчали черные очки. Правая щека казалась воспаленной и слегка опухшей. Сообразив наконец, что к чему, я невольно подалась назад.

В последний момент мне показалось, что этот тип положил в пакет племянницы какую-то бумажку и что-то коротко ей сказал. Женщина никак не отреагировала, словно и не заметила никого у себя за спиной. Но у меня не было сомнений: она все прекрасно слышала.

А в следующую секунду мне уже было не до нее, потому что человек в сером пиджаке вдруг повернулся и быстро пошел в мою сторону, ловко лавируя между толкающимися на пути покупателями.

Я постаралась сделаться как можно незаметнее, втянув голову в плечи и отвернувшись к прилавку, словно меня ничего сейчас не интересовало, кроме сыра и масла, которые оказались у меня под носом. Когда же я рискнула опять посмотреть по сторонам, мужчина исчез.

Но хуже всего было то, что исчезла и племянница. Я поспешно начала пробираться к тому месту, где она только что стояла, но было уже поздно. Женщины и след простыл.

Для верности я еще послонялась по торговым рядам, но, сколько ни вертела головой, на глаза мне не попалось ни одной рыжей шевелюры. Вероятно, племянница уже давно покинула рынок через боковой выход.

Итак, опять все нужно было начинать сначала. В принципе, был шанс найти эту особу через похоронное агентство. Возможно, ее адрес и фамилию запомнили в морге. Но все это было лишней тратой времени. Мне оставалось ругать себя на все корки. Единственным положительным эффектом от моей слежки было подтверждение, что племянница и грабитель действительно связаны между собой, но изо всех сил стараются эту связь скрыть. Так поступают люди, которых объединяет что-то предосудительное. Можно было с уверенностью утверждать, но доказательств у нас по-прежнему не было.

Совершенно расстроенная, я вернулась в редакцию. Все уже были в сборе и ждали меня. В ответ на вопросительный взгляд Виктора я только махнула рукой.

— Все коту под хвост! — мрачно сообщила я. — Племянницу я упустила. И ее дружка, кстати, тоже. На рынке он сунул ей в сумку какую-то записку. Дорого бы я дала, чтобы прочитать эту записку!