Акустические территории

Психологические и физиологические эффекты музыки были тщательно изучены и задокументированы как часть истории индустриализации западного мира. В исследовании Джерри А. Хуша о музыке на рабочем месте содержится подробный анализ того, как музыка была воспринята в рамках более широкой культуры промышленного менеджмента начала XX века. В основе этой истории лежало растущее понимание связи между капиталистическим производством и здоровьем и психическим состоянием рабочего. «Другими словами, ни машина, ни механический способ производства не могут быть стабилизированы и поддержаны до тех пор, пока социальные и психологические процессы, необходимые для их поддержания, не будут усвоены рабочими»[211]. Размещение музыки на рабочем месте стало оперативным компонентом, способствующим процессу усвоения. Для изучения и определения каждого аспекта рабочего места была осуществлена впечатляющая рационализация, что отражено в исследованиях Фредерика У. Тейлора о времени и движении, а также в его теории «научного менеджмента», которая привела к проектированию производственной машинерии на основе движений работающего тела. Идеи эффективности и управления производством сочетались с развитием научных исследований жизнеспособности отдельного работника (что представляло собой растущий вызов крепнущему промышленному ядру США и Европы того времени, о чем свидетельствуют трудовые споры и развитие профсоюзов). Эффективность производства все чаще мыслилась как то, что предполагает комфорт и стандартизированный труд отдельного работника.

Размещение музыки на рабочем месте завоевывало доверие на протяжении 1920-х годов, по мере того как психологи все больше входили в сферу трудового менеджмента: их нанимали для изучения пространства труда, реакций рабочих на различные условия и вопросов стандартизации процессов производства, которые решительно заменили более ранние формы труда и отношение рабочих к своему делу. «Было установлено, что рост чисто механических и иных рутинных форм труда действительно сократил возможности для самовыражения, но последствия этой утраты, похоже, были нивелированы действиями руководства предприятия по гуманизации рабочего процесса»[212].

Развитие Muzak в начале 1920-х годов в корне связано с вопросами рабочего места, а также лихорадочной реальностью трудовых споров и профсоюзной агрессии. Вслед за развитием радио- и телефонных технологий возможность передачи звука по проводам от центрального пульта управления привела к систематическому анализу влияния музыки на труд и психологию работника. Было обнаружено, что рабочие задачи могут выполняться лучше, если внедрить в рабочее место фоновую музыку, тем самым задав работникам аудиальную рамку, с помощью которой получится сгладить телесные ритмы, повторение физических задач и зачастую монотонное течение времени.

Было общепризнано, что воздействие музыки ускоряет метаболизм, меняет настроение и, что важно, «увеличивает не только интенсивность внезапного усилия, но и продолжительность устойчивого усилия и силу его возобновления»[213]. Кроме того, было обнаружено, что ритмическая структура песен способствует повторяющимся движениям, столь характерным для современного труда, и сокращает ощущение монотонности, которым чреваты подобные действия. Музыка буквально становится источником восполнения растрачиваемой мышечной энергии, подсознательно поддерживая трудящегося и уменьшая его усталость в течение рабочего дня. Помимо поддержки через ослабление усталости, музыка оказывала существенное влияние на концентрацию внимания работника. Как отмечает Хуш, ранние исследования Уайата и Лэнгдона (1939), проведенные в Англии, показали, что внедрение музыки в рабочую среду увеличивает объем производства. Количество выпускаемой продукции росло благодаря тому, что музыка позволяла рабочим отвлечься от банальности окружающей обстановки и снижала число разговоров, которые они между собой вели[214].