Альфред Великий, глашатай правды, создатель Англии. 848-899 гг.

Едва ли кто-то из нынешних исследователей будет излагать историю германских поселенцев в Британии непосредственно по ранним записям Хроники; но зато она обрела особую значимость в качестве вспомогательного источника, чьи свидетельства служат указанием для филологов и археологов. Кроме того, не стоит слишком далеко заходить в своем недоверии. По крайней мере, с момента вступления Этельвульфа на трон, свидетельства Хроники можно считать историческими, а не мифологическими; рассматривая правление Альфреда, мы вправе опираться на Паркеровскую рукопись как на авторитетный уэссекцкий источник, практически современный событиям.

Однако во многих отношениях Альфредовская хроника способна разочаровать историка. Она начинается с коротких разрозненных записей, заимствованных из библейской и римской истории: рождение Христа, появление волхвов, избиение младенцев, вступление на трон новых императоров, разорение Рима готами, уход римских легионов из Британии. Далее следует путаный и противоречивый рассказ о вторжениях ютов и саксов и о заселении захваченных земель. В основе его, очевидно, лежат полузабытые легенды и предания, он фантастичен и бесплотен, как сновидение, но подобно сновидению интересен тем, что за ним таится некое неосознанное содержание. Погодные статьи периода «гептархии» представляют собой краткие сообщения о войнах и битвах, церковных делах, природных явлениях — солнечных и лунных затмениях и появлениях комет, — а также вспышках чумы. В них даны даты смерти Пап и церковных иерархов и записаны со всей тщательностью древние генеалогии различных королевских династий, но в целом свидетельства эти — скупы и бессвязны.

Лишь в IX веке, начиная с побед Эгберта, описания становятся более развернутыми и содержательными, а все повествование оставляет ощущение большего правдоподобия. С первого упоминания об Альфреде в погодной статье 853 года, где говорится о его «помазании в короли в Риме», основное содержание Хроники составляет живой (хотя и сжатый) рассказ о войнах с данами и викингских нашествиях по обе стороны Ла-Манша. О рождении Альфреда не упоминается, но в Паркеровской рукописи записи о его помазании, совершенном Папой Львом IV, о его участии в сражении с данами в 868-м, победе на Эшдауне, вступлении на трон, событиях решающего 878 года и смерти короля помечены на полях крестом.

Мы не находим в этих анналах никаких прямых упоминаний о мирных трудах Альфреда, его административной и просветительской деятельности или литературном творчестве. Собственно Альфредовская хроника, начинающаяся с записи 860 года (следующей непосредственно за сообщением о смерти Этельвульфа под 855 годом), отмечая смерти королей и других известных людей, рассказывает почти исключительно о делах войны. Первая часть ее заканчивается погодной статьей 891 года. Второй писец взялся за работу, когда мирная передышка уже близилась к концу: историю правления Альфреда завершает серия блистательных «военных записей», охватывающих период с 893 (892) по 897 (896) год. Профессор Эрл назвал их «самым замечательным отрывком из всего собрания Хроник». Свобода и выразительность стиля, яркость описаний и живость изложения знаменуют зрелый период альфредовского творчества. Этот прекрасный рассказ, навеянный воспоминаниями о прошлых военных успехах, можно причислить к мирным победам Альфреда[69]. Наряду с переводом «Утешения философией» и «Монологов» Августина он являет собой последнее, благороднейшее воплощение гения великого короля и кажется очень уместным, что именно этими погодными статьями оканчивается хроника его правления. В последние несколько лет, после 897 года, воцаряется молчание, которое прерывают лишь сообщения о смерти элдормена Этельма и епископа Хеахстана в 898-м, и самого Альфреда — в 901 году.

Хроника представляет собой запись событий, и потому значимость ее — двоякая. Она сообщает о деяниях Альфреда, но этот рассказ, облеченный в литературную форму, приоткрывает нам и его понимание происходящего; по другим работам, стоящим ближе к «чистой литературе», мы можем судить о помыслах, определявших поступки короля.

Первым из литературных трудов альфредовского времени был, по-видимому, древнеанглийский перевод «Диалогов» Григория Великого. У нас нет поводов отвергать свидетельство Ассера, согласно которому этот перевод сделал вустерский епископ Верферт по повелению короля. Вероятно, у епископа были помощники, как указывается в кратком предисловии, возможно, написанном самим Альфредом.

«Я попросил своих верных друзей, — пишет король, — чтобы они переписали для меня из Божественных книг, Житий и Чудес святых эти наставления, чтобы я мог, храня память и любовь, укрепить свою душу и среди тревог этого мира иногда думать о небесах».

Сохранились три рукописи перевода, две из них практически совпадают, а третья представляет собой редакцию, сделанную неизвестным автором.