Читаем Альфред Великий, глашатай правды, создатель Англии. 848-899 гг. полностью

Трудности, возникающие при попытках соотнести Камень Эгберта, Иглею и Этандуне с нынешней географией, приводят к тому, что мнения исследователей по поводу маршрута, которым следовало западносаксонское войско, и места, где разыгралось решающее сражение, кардинальным образом расходятся. Высказывались суждения, что за названием Этандуне скрываются беркширские Эдинтон или Яттенден, либо уилтширские Яттон Кейнел, Хеддинтон или Эдинтон, либо сомерсетский Эдинтон на Полден Хиллс. В соответствии с этим предлагались разные варианты идентификации Иглеи и Камня Эгберта. Если мы пытаемся установить, где происходила битва, не имея прямых указаний источников, традиция — плохой помощник. Единственно надежные аргументы могут дать филология или стратегия. Стратегический критерий подразумевает, в лучшем случае, принципиальную возможность; данные филологии позволяют, по крайней мере, проследить некую преемственность между прежним и нынешним названиями и отсеять фантастические версии, порожденные дилетантскими домыслами антикваров. В нашем случае проверку более или менее выдерживает лишь уилтширский Эдинтон[33].

Можно предположить, что Альфред выступил из Этелни как король, возвращающийся в свои владения: верхом, снаряженный для войны, во главе своей «личной гвардии», состоящей из тэнов, он вел сомерсетцев, собравшихся к нему, и жители Уилтшира и Гемпшира стекались с юга и с востока к назначенному месту сбора — Камню Эгберта. Вероятно, это был межевой камень, отмечавший место, где смыкались границы трех скиров, на восточной оконечности Селвуда.

Хотя предложенное сэром Джоном Спелманом отождествление Камня Эгберта с Брикстон Дейврилл в Южном Уилтшире, очевидно, основано на неправильной этимологии, кажется весьма вероятным, что войско западных саксов собиралось именно в этих местах; возможно, как считает мистер Стивенсон, возле Пенселвуда, там, где на старых картах обозначен «Пограничный Камень» на стыке территорий Сомерсета, Дорсета и Уилтшира. Пенселвуд расположен в восемнадцати милях от уилтширского Эдинтона. Войско Альфреда сумело бы за один неспешный дневной переход добраться до леса Саутлей в Уэрминстерском округе; там в давние дни росло межевое дерево, называвшееся Илей Ок (Iley Оак), и оно вполне могло фигурировать в Хронике под именем Иглея. Если Альфред оставался там на ночь, его отделяло от Эдинтона семь миль. Ассер пишет: «Следующим утром, с рассветом, развернув свои знамена, он подошел к месту, что зовется Этандун».

В наше время дорога из Уэрминстера, который в XI веке был королевским бургом, проходит под крутыми склонами холма и, обогнув его, кружит по взгорьям четыре мили до Уэстбери, в поздние времена также принадлежавшего к «землям короны». Далее она ведет на север по холмистой долине Эйвона к королевским усадьбам Мелкшем и Чипенгем, находящимся примерно в пятнадцати милях от Уэстбери. Другая дорога уходит из Уэстбери на восток: она бежит к Маркет Лейвинтон вдоль подножий холмов, обрывистые склоны которых в этом месте спускаются в низину, где стоят деревушка и прекрасная старая церковь. Деревня носит имя Эдинтон. Уэссекцы могли пройти таким путем или подняться на холмы над Уэрминстером и пойти напрямик по их пологим склонам к Эдинтон Хилл, повторив, до определенной степени, оперативную схему эшдаунской кампании.

Вооруженному войску довольно трудно идти по такой местности, но в те времена подобный вариант, возможно, был предпочтительней, чем марш-бросок по грязным узким дорогам в поросших лесом заболоченных низинах. Наверху войско могло, по крайней мере, развернуться и разомкнуть ряды. На севере и западе гряда холмов сбегает на равнину, и там, на округлых вершинах, видны остатки фортов и земляных укреплений. Чуть ниже одного из них — Бреттон Кастл, расположенного примерно в миле к западу от Эдинтона, — в дерне вырезан белый конь. Местное предание гласит, что таким образом была увековечена победа Альфреда над данами.

Не исключено, что Гутрум стоял в Бреттон Касл и с этой выгодной позиции контролировал королевские земли в Этандуне и дорогу на Чипенгем; быть может, его войско расположилось дальше к востоку, на самом Эдинтон Хилл. Но все это только догадки. Анналисты, писавшие Англосаксонскую хронику, ограничились двумя фразами по поводу этой знаменитой битвы, одной из тех, что решали судьбу Англии. Ассер добавляет несколько подробностей, но не говорит ничего ни о позициях, занятых противоборствующими армиями, ни о тактике их прославленных предводителей.

Перейти на страницу:

Все книги серии Clio (Евразия)

Похожие книги

10 гениев науки
10 гениев науки

С одной стороны, мы старались сделать книгу как можно более биографической, не углубляясь в научные дебри. С другой стороны, биографию ученого трудно представить без описания развития его идей. А значит, и без изложения самих идей не обойтись. В одних случаях, где это представлялось удобным, мы старались переплетать биографические сведения с научными, в других — разделять их, тем не менее пытаясь уделить внимание процессам формирования взглядов ученого. Исключение составляют Пифагор и Аристотель. О них, особенно о Пифагоре, сохранилось не так уж много достоверных биографических сведений, поэтому наш рассказ включает анализ источников информации, изложение взглядов различных специалистов. Возможно, из-за этого текст стал несколько суше, но мы пошли на это в угоду достоверности. Тем не менее мы все же надеемся, что книга в целом не только вызовет ваш интерес (он уже есть, если вы начали читать), но и доставит вам удовольствие.

Александр Владимирович Фомин

Биографии и Мемуары / Документальное
10 гениев спорта
10 гениев спорта

Люди, о жизни которых рассказывается в этой книге, не просто добились больших успехов в спорте, они меняли этот мир, оказывали влияние на мировоззрение целых поколений, сравнимое с влиянием самых известных писателей или политиков. Может быть, кто-то из читателей помоложе, прочитав эту книгу, всерьез займется спортом и со временем станет новым Пеле, новой Ириной Родниной, Сергеем Бубкой или Михаэлем Шумахером. А может быть, подумает и решит, что большой спорт – это не для него. И вряд ли за это можно осуждать. Потому что спорт высшего уровня – это тяжелейший труд, изнурительные, доводящие до изнеможения тренировки, травмы, опасность для здоровья, а иногда даже и для жизни. Честь и слава тем, кто сумел пройти этот путь до конца, выстоял в борьбе с соперниками и собственными неудачами, сумел подчинить себе непокорную и зачастую жестокую судьбу! Герои этой книги добились своей цели и поэтому могут с полным правом называться гениями спорта…

Андрей Юрьевич Хорошевский

Биографии и Мемуары / Документальное