Алиенора Аквитанская. Непокорная королева

«В обмен король Англии дал королю Танкреду этот великолепный меч, который бретонцы называют „Калибурном”, — ранее он принадлежал Артуру, знаменитому королю Англии»[393].

Такой дар — не безделка: необходимо объяснить значимость такого подношения, тесно связанного с политической, идеологической и литературной атмосферой, в которой жила Алиенора и весь двор Плантагенета.

Прежде всего, кому принадлежал меч, подаренный Танкреду? Действительно ли это был меч Артура, чью гробницу только что открыли в Гластонбери[394]? В этом можно усомниться: в рассказе о раскопках, произведенных, согласно некоторым источникам, в начале 1191 г., ни словом не упоминается о такой находке, как меч[395]. К тому же в это время Ричард уже был на Сицилии. Возможно, конечно, как замечает Эмма Мейсон, что Ричард взял меч из королевской сокровищницы Генриха II[396]. В таком случае речь могла бы идти о другом легендарном мече, «выкованном кузнецом Велундом», — этот меч Генрих I вручил деду Ричарда, графу Анжуйскому Жоффруа Красивому во время его посвящения в рыцари в 1128 г.[397] Однако можно предположить, что гробницу Артура «обнаружили» до 1191 г., то есть до той даты, которая указана Раулем Коггесхоллским, большим поклонником Ричарда. Действительно, согласно Гиральду Камбрийскому, тела Артура и Гвиневеры якобы были найдены во время раскопок, предпринятых по инициативе короля Генриха II (умершего в 1189 г.), который, положившись на бретонские легенды, сам указал монахам место предполагаемого погребения[398]. Тем не менее древнейшие источники не упоминают о том, что на месте раскопок был найден и меч, — к тому же «истинный» Экскалибур, если верить легендам о короле Артуре, появившимся на свет после этой даты, должен был вернуться к Деве Озера…

Каково бы ни было истинное происхождение этого меча, факт остается фактом: Ричард подарил Танкреду некое оружие, которое хронисты, справедливо или нет, отождествили с мечом Артура. Каковы причины такого отождествления? Монархия Плантагенета, как известно, вкладывала много сил в продвижение, распространение и даже в «повторное использование» легенды Артура, ставшей одной из образующих ее идеологии[399]. И главную роль в такой идеологии, сделавшей из мифического артуровского двора прообраз и идеал для двора Плантагенета, играла Алиенора, «наследница» Гвиневеры, обаятельной, но неверной жены короля Артура.

Миф этот, однако, таил в себе определенный риск, с которым приходилось считаться. Прежде всего, опасность заключалась в вере бретонцев в возвращение короля Артура к власти. Действительно, согласно многим источникам и истолкованиям, Артур не умер от ран во время своей последней битвы с Мордредом. Он был перенесен в Авалон, в таинственный и отчасти сказочный, волшебный или демонический «иной мир», где его раны затянулись. Бретонцы, как говорили, ожидали его возвращения в свои земли[400]. Поэтому адаптация этого мифа монархией Плантагенета была, так сказать, обоюдоострой: с одной стороны, миф прославлял эту династию, но, с другой стороны, мог способствовать бунту бретонцев в ирредентистском кельтском движении с эсхатологическими мотивами. Именно в этой плоскости следует рассматривать эпизод с дарением меча Экскалибура, который больше, чем какой-либо иной предмет, символизировал мифическую власть короля Артура.