Алиенора Аквитанская. Непокорная королева

«30 марта Ричард, король Англии, посвятил свой первый день в Ноттингеме совету. В нем приняли участие королева Алиенора, его мать, архиепископ Губерт Кентерберийский, который сидел на этом совете по правую руку от короля, и Жоффруа, архиепископ Йоркский <…>. 31 марта король Англии снова держал свой совет. На нем он потребовал суда для своего брата, графа Иоанна, который, вопреки клятве верности, принесенной королю, завладел его замками, опустошил его земли по обе стороны Ла-Манша и вступил против него в сговор с его врагом, королем Франции»[490].

Иоанну и епископу Ковентри Гуго де Нунану, особенно досаждавшему Гильому Лоншану, было приказано в течение сорока дней предстать перед судом Ричарда; в противном случае их лишат должностей, а Иоанна объявят неспособным править. В это время брат короля находился в Эврё, который захватил и передал ему Филипп Август. Он не собирался сдаваться просто так и ждал удобного случая. 10 и 11 апреля Ричард собрал свой первый двор в Нортгемптоне, «в присутствии своей матери Алиеноры», вновь замечает Рожер Ховденский. Там он принял присягу у шотландского короля. 15 апреля Ричард прибыл в Винчестер — он вступил во владение замком и объявил дату своей новой коронации. Церемония состоялась 17 апреля 1194 г. в этом же городе, в присутствии Вильгельма Шотландского и Алиеноры Аквитанской, королевы-матери, или скорее настоящей королевы, поскольку Ричард, казалось, нисколько не побеспокоился о Беренгарии, которую даже не пригласили на коронационные празднества. Зато Алиеноре отвели почетное место, о чем сообщает все тот же хронист:

«Королева Алиенора, его мать, находилась со своей свитой в северной части церкви, напротив короля. Архиепископ Кентерберийский отслужил мессу и привел короля к причастию, после чего проводил короля обратно к его месту»[491].

После этой церемонии Ричард, уверившись в безопасности своего королевства, собрал войско наемников и приготовился воевать с Филиппом Августом на континенте. 12 мая он отплыл от английских берегов, вероятно, вместе с Алиенорой. Больше ему не было суждено увидеть Англию.

В Барфлёре королю устроили торжественную встречу. Вильгельм Маршал, находившийся рядом с Ричардом, сохранил о ней воспоминание: кругом царило всеобщее ликование — толпы народа преподносили королю подарки, люди пели, танцевали. Повсюду то и дело слышалось: «Герцог явился во всем своем могуществе; и досадно от того королю Франции»[492]. Из Барфлёра Ричард отправился сначала в Лизьё, где остановился на ночь у одного из самых преданных своих сторонников, у архидьякона Жана д’Алансона. Там и произошло удивительное событие: примирение Ричарда с Иоанном, который не раз плел против него заговоры. Несмотря на все усилия смущенного хозяина, не желавшего говорить королю о присутствии его брата, Ричард вскоре подметил его беспокойство и успокоил его:

«Не стоит лгать мне, ты видел моего брата Иоанна! Он напрасно боится меня! Пусть он придет, ему нечего опасаться! Право же, он мой брат, и ему вовсе не стоит страшиться меня. Ежели он совершил глупость, я стану упрекать не его, а тех, кто подтолкнул его к такому шагу; они уже добились того, чего хотели, и со временем получат еще больше. Но сейчас я не скажу большего».

Жан д’Алансон тут же сообщил об словах короля вероломному младшему брату Ричарда. Тот, «трусливо» представ перед королем, бросился к его ногам, но Ричард поднял его и обнял со словами:

«Не бойтесь, Иоанн. Вы еще дитя, Вы попали под дурное влияние. Те, кто давал Вам столь дурные советы, движимы порочными замыслами. Встаньте же и отправляйтесь к трапезе»[493].