Читаем Американская женщина вчера и сегодня полностью

«Если бы в прежние времена я получила письмо от женщины, спрашивающей, как улучшить технику сексуального партнерства ее супруга, чтобы достичь наивысшего удовлетворения, я бы замертво свалилась на редакционный пол…»

Сегодня журналистка твердо держится на ногах. Она охотно отвечает на вопросы о том, как бороться с гомосексуальными наклонностями мужа, садизмом в семьях, как предупреждать кровосмесительные связи и т. п.

Чтобы лучше понять степень эффективности женских изданий, социологи, литературоведы предпринимают сегодня в Соединенных Штатах Америки одно исследование за другим. Анализируют содержание журналов, выясняют, к какой социальной позиции склоняют они американку, какие методы лучше воздействуют на ее сознание. Не забыты в исследованиях и образы героинь художественных произведений, которые всегда были и остаются теперь важным элементом традиционных женских журналов.

Каковы же выводы? Р. Бейли, Э. Франза, К. Флора и целый ряд других социологов авторитетно подтверждают — перемены в социальном статусе американок не получили адекватного отражения в беллетристике. Число работающих женщин среди героинь произведений возросло весьма незначительно. Сама же работа играет явно подчиненную роль в их жизни. Мотив выхода на рынок труда, круг упоминаемых профессий — все сужено до «чисто женского». Постоянный мучительный выбор между домом и работой по найму. Побеждает дом и замужество, счастье обретается в роли удачливой домохозяйки. Все как и сто лет назад!

Дабы не остыл семейный очаг, героини (а вместе с ними и читательницы) учатся проявлять слабость и зависимость от мужчины. Но это у женщин замужних. Зато, по свидетельству Р. Кларк, социолога из Аризонского университета, совершенно игнорируются реальные проблемы героинь — одиноких матерей с детьми, хотя они составляют 20 % американских семей.

Подчеркнем также, что любые предлагаемые в образах героинь социально приемлемые модели поведения, как это было и раньше, запрограммированы на дискриминацию американок. Только вряд ли признают это открыто буржуазные пропагандисты. Словно опытные гримеры, силятся они создать облик журналов, заботящихся якобы об американках, признающих за женщинами не только специфические роли, обусловленные их полом, но и право на большее. Так ли это?

Если считать за прогресс замену рубрики «Профессия — домашняя хозяйка» (не сходила более 20 лет со страниц «Джорнэл») на рубрику «Работающая женщина», то дело вроде бы сдвинулось к лучшему.

К сожалению, содержание материалов, выходящих в новом разделе, не дает оснований для оптимизма. Подавляющее их число посвящено рассмотрению надуманно-сенсационных аспектов современного положения американки. Нет, не о безработице, дискриминации, насущных проблемах профессиональной занятости ведется речь. Темы эти несколько «мелковаты» для «Джорнэл». Иное дело: «Сексуальные преследования, которым работающие женщины подвергаются со стороны своих шефов», «Когда у мужчин боссы — женщины», «Когда она зарабатывает больше, чем он»…

Редакторы отлично представляют, на кого они воздействуют. Основной-то контингент читательниц — добровольные или вынужденные домохозяйки, составляющие ныне 46 % от общего числа трудоспособных американок, которым и подбрасывают простенькие способы разрешения конфликта между работой и семейными обязанностями. Способы эти не остались не замеченными не только простыми читательницами, но и специалистами. В исследовании социолога Портлендского университета Н. Глейзер «Перегруженная работающая женщина: какое освещение получает двойной рабочий день в массовых журналах» есть немало ценных мыслей. Например, автор убеждена, что сама по себе работа по найму не может считаться шагом вперед на пути женского освобождения до тех пор, пока общество будет устраняться от разделения социальной ответственности за воспитание подрастающего поколения и будет по-прежнему отказывать женщине-матери в оплачиваемых отпусках, переводе на более легкую работу, установлении гибкого рабочего графика, создании широкой сети федерально финансируемых центров по уходу за детьми…

Проблемы, как видим, не новые, хотя кончаются уже годы восьмидесятые. Но они и ныне не находят поддержки в традиционных женских журналах, которые не идут дальше советов о том, что решать трудности работающая женщина должна на сугубо индивидуальном уровне, не задумываясь ни на миг о реорганизации существующих порядков. Героини, которых в качестве образцов преподносят журналы, работают на производстве и справляются с домашними заботами очень просто: либо работают не полный день, либо нанимают нянек (беби-ситтеров) к своим детям, т. е. покупают чужой труд взамен собственного. Если же это не подходит, есть еще путь — попозже ложиться спать и пораньше вставать. Тогда, дескать, все успеешь сделать сама, даже без помощи мужа.

Перейти на страницу:

Все книги серии Империализм: события, факты, документы

Похожие книги

Абсолютное зло: поиски Сыновей Сэма
Абсолютное зло: поиски Сыновей Сэма

Кто приказывал Дэвиду Берковицу убивать? Черный лабрадор или кто-то другой? Он точно действовал один? Сын Сэма или Сыновья Сэма?..10 августа 1977 года полиция Нью-Йорка арестовала Дэвида Берковица – Убийцу с 44-м калибром, более известного как Сын Сэма. Берковиц признался, что стрелял в пятнадцать человек, убив при этом шестерых. На допросе он сделал шокирующее заявление – убивать ему приказывала собака-демон. Дело было официально закрыто.Журналист Мори Терри с подозрением отнесся к признанию Берковица. Вдохновленный противоречивыми показаниями свидетелей и уликами, упущенными из виду в ходе расследования, Терри был убежден, что Сын Сэма действовал не один. Тщательно собирая доказательства в течение десяти лет, он опубликовал свои выводы в первом издании «Абсолютного зла» в 1987 году. Терри предположил, что нападения Сына Сэма были организованы культом в Йонкерсе, который мог быть связан с Церковью Процесса Последнего суда и ответственен за другие ритуальные убийства по всей стране. С Церковью Процесса в свое время также связывали Чарльза Мэнсона и его секту «Семья».В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Мори Терри

Публицистика / Документальное
Целительница из другого мира
Целительница из другого мира

Я попала в другой мир. Я – попаданка. И скажу вам честно, нет в этом ничего прекрасного. Это не забавное приключение. Это чужая непонятная реальность с кучей проблем, доставшихся мне от погибшей дочери графа, как две капли похожей на меня. Как вышло, что я перенеслась в другой мир? Без понятия. Самой хотелось бы знать. Но пока это не самый насущный вопрос. Во мне пробудился редкий, можно сказать, уникальный для этого мира дар. Дар целительства. С одной стороны, это очень хорошо. Ведь благодаря тому, что я стала одаренной, ненавистный граф Белфрад, чьей дочерью меня все считают, больше не может решать мою судьбу. С другой, моя судьба теперь в руках короля, который желает выдать меня замуж за своего племянника. Выходить замуж, тем более за незнакомца, пусть и очень привлекательного, желания нет. Впрочем, как и выбора.

Лидия Андрианова , Лидия Сергеевна Андрианова

Публицистика / Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы / Попаданцы / Любовно-фантастические романы / Романы
Сталин. Битва за хлеб
Сталин. Битва за хлеб

Елена Прудникова представляет вторую часть книги «Технология невозможного» — «Сталин. Битва за хлеб». По оценке автора, это самая сложная из когда-либо написанных ею книг.Россия входила в XX век отсталой аграрной страной, сельское хозяйство которой застыло на уровне феодализма. Три четверти населения Российской империи проживало в деревнях, из них большая часть даже впроголодь не могла прокормить себя. Предпринятая в начале века попытка аграрной реформы уперлась в необходимость заплатить страшную цену за прогресс — речь шла о десятках миллионов жизней. Но крестьяне не желали умирать.Пришедшие к власти большевики пытались поддержать аграрный сектор, но это было технически невозможно. Советская Россия катилась к полному экономическому коллапсу. И тогда правительство в очередной раз совершило невозможное, объявив всеобщую коллективизацию…Как она проходила? Чем пришлось пожертвовать Сталину для достижения поставленных задач? Кто и как противился коллективизации? Чем отличался «белый» террор от «красного»? Впервые — не поверхностно-эмоциональная отповедь сталинскому режиму, а детальное исследование проблемы и анализ архивных источников.* * *Книга содержит много таблиц, для просмотра рекомендуется использовать читалки, поддерживающие отображение таблиц: CoolReader 2 и 3, ALReader.

Елена Анатольевна Прудникова

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное