Амето

Венец бесценный Ариадны, словновеликий символ, с неба светит нам,и он обещан мне не пустословно;ко многим добродетельным деламон вел героев; он подвиг Персея,который пожелал его и сам,Палладою научен, не робея,убить Горгону, а минойский быкбыл побежден уловкою Тесея.Персей, победоносен и велик,с освобожденной Андромедой милойсупружества счастливого достиг.

И Юний Брут[193] с неслыханною силойсекирой сыновьям нанес удар,дабы коварностью, ему постылой,не предали свободу – божий дар.Катон Утический[194] и Цензор[195] – обаявляли свету мужественный жар,с младых ногтей труждаясь и до гроба,дабы пресекся на земле пороки миру зло не диктовала злоба;их труд святой принес немалый прок —Кипр с Утикой и с Ливией Ахайя[196]

тому и подтвержденье и залог.Был праведен Фабриций[197], отвергаясамнитов деньги, эллинов дары;а жадный взял бы – сделка неплохая!И речи Цицерона столь мудры,и честь Эмилия[198], и жизнь Торквата[199]прославились премного в те поры,и Сципион[200], стремившийся когда-товенца достигнуть, – все сии муживлеклись к нему, хоть исподволь, но свято.И в срок ему Дидона послужи,

когда ненужной сделалась Энею,уплывшему в чужие рубежи,и, может, поступила бы умнее,и душу исцелила бы тогда,и с исцеленной бы смирилась с нею.И скорбная Библида никогдаот света б не отторглась, твердо зная,что мир душа обрящет навсегда.Так, вред себе немалый причиняя,иные жизнь и скорбь свою клянут,себя из жизни сами изгоняя.Безумные! Неужто же от пут

и тягот нету лучше исцеленья?Не лучше ль к мукам притерпеться тут,чем смертные умножить прегрешеньяи душу блага вечного лишить —себя сгубить и не найти решенья?И мне, ища любовь, пришлось пролитьнемало слез: не безмятежна долятех, кто, любя, предполагает жить;но жду венца, и пусть страданьям воляподвластна будет – оборовши страх,уйду победно с боевого поляи заслужу венец и жизнь в веках.

XXXVII