Аналитика как интеллектуальное оружие

Цель института – стимулировать изучение ключевых проблем на международной арене с целью укрепления англо-американских взаимоотношений. КИМО организует много встреч и дискуссий. Если они проводятся согласно правилу Чатам хаус, это означает следующее: участники могут свободно использовать полученную информацию, но они не имеют права разглашать имя и место работы выступавших. Более того, нельзя упоминать, где именно была получена информация. Эти, на первый взгляд странные, правила, объясняются стремлением института гарантировать анонимность всем участникам для улучшения международных отношений и полную свободу в высказывании своего личного мнения, а – такое вполне может быть – не официального мнения организации, которую тот или иной выступающий представляет. Такие условия позволяют не беспокоиться о своём имидже и о давлении со стороны. Сейчас это правило получает всё более широкое распространение.

Институт проводит исследования проблем таких крупных регионов мира, как Африка, Северная и Южная Америки, Азия, Европа, Ближний Восток, Россия, а также по вопросам обороны, устойчивого развития, международной экономики. Управляет Институтом Совет, избираемый членами КИМО при тайном голосовании на три года с правом перевыбора ещё на три. В Совете три комитета: Исполнительный, Финансовый, Инвестиционный (см. интернет-ресурс http://stra.teg.ru/library/ institutes/thinktanks. URL для более подробного ознакомления с работой КИМО http://www.chathamhouse.org/

В целом, аналитические центры Великобритании играют значительную культурологическую роль, расширяя сферу публичных дебатов, поощряя общение и взаимодействие между государством и обществом, делая ставку на общественные технологические знания.

Ахиллесовой пятой европейских «мозговых центров» является их зависимость от государства. Это характерно, прежде всего, для Германии. Так, головной аналитический институт ФРГ – Германский институт международной политики и безопасности был искусственно создан на базе двух традиционных западногерманских политологических центров – Фонда науки и политики и Федерального института международных и восточноевропейских исследований в 1999 году. Изначально предполагалось, что новое учреждение должно стать своеобразным немецким «РЭНД». Однако этого не произошло. Аналитическую деятельность института курируют сразу несколько ведомств: МИД, МВД и канцелярия федерального канцлера, что вносит элемент дезорганизации в его работу: каждое ведомство ставит свои задачи в зависимости от собственных целей и задач.

Так, например, осенью 2001 года в качестве одного из основных стратегических направлений была объявлена Центральная Азия. Но добиться решающего прорыва на этом направлении Институту не удалось. Власть ждала от ГИМПБ разработки эффективной стратегии для Германии и Евросоюза в отношении Центральной Азии, Каспийско-Кавказского региона, России и СНГ, но институт только смог подготовить ряд брошюр, фактически лишённых аналитического и стратегического содержания и остающихся познавательно-описательными.

В Германии наиболее успешно, с точки зрения степени влияния аналитических исследований на принятие внешнеполитических решений, работает Германский институт Востока в Гамбурге, оказывающий в настоящее время прямое влияние на формирование политики ФРГ в отношении Ближнего и Среднего Востока. Другой «мозговой центр» – Центр европейских исследований в Бонне, призванный по замыслу учредителей формировать европейскую стратегию ФРГ. Он пытается функционировать по американским стандартам, но не всегда успешно. Традиционный «мозговой центр» по внешнеполитической стратегии Германии – это Германский совет по внешней политике – полностью деградировал как аналитическая структура и превратился в придаток МИД ФРГ для проведения представительских и пропагандистских акций.

Во Франции сложилась следующая картина. Для разработки французской (европейской) стратегии в отношении стран СНГ был специально учреждён в конце 90-х Французский институт по изучению Центральной Азии (в рамках Института восточных языков и цивилизаций). Это полностью дотируемое государством учреждение, однако государство в лице заинтересованных ведомств полностью устранилось от руководства деятельностью вновь созданного Института. В результате Институт оказался предоставлен сам себе, а место аналитических разработок заняли академические и исторические исследования. В целом масштабы геополитических и политологических исследований, связанных с Центральной Азией, во Франции значительно скромнее, чем в Великобритании и Германии.

Информацию о наиболее значительных «фабриках мысли», действующих во Франции, можно найти на следующих сайтах: