Анатомия шоу-бизнеса. Как на самом деле устроена индустрия

Уместно будет тут привести слова моего Учителя: «Материальный мир напоминает жёваную-пережёваную жвачку. К примеру, идёт корова, видит пучок травы. Подобрала его с земли, жуёт, выжимает с него все соки. Потом выплюнула. За ней следом ещё одна корова идёт. Видит этот пережёванный пучок травы, уже весьма непрезентабельной наружности, и думает, что в нём наверняка ещё осталось немного вкусного сока. Подняла с земли и жуёт, выжимает из него остатки сока. Выплюнула. А за ней третья корова идёт. И так до бесконечности. Это наш с вами, дорогие ученики, материальный мир, в котором мы имеем неприятность нынче временно проживать!»

Плагиат имеет к этой истории самое непосредственное отношение. Конечно, если у тебя, уважаемый коллега, есть совесть и ты человек порядочный, а не какой-то там поц босяцкий, то ты и сам не захочешь кого-то копировать, верно? У всех нормальных людей есть чувство собственного достоинства. А уж у авторов оно и вовсе болезненно выпучено и постоянно нарывает. Но случается, да, случается, что написанное только что тобой весьма и сильно напоминает нечто написанное кем-то другим да к тому же ставшее известным и оставшееся на слуху у граждан в промежутке плюс-минус пять лет от сего момента. И тогда возникает огромная вероятность услышать в свой адрес обвинения в плагиате, хотя его сознательного там и рядом не лежало. Единственный мой тебе совет в этих случаях: молча забей на это с прибором. Именно в этой ситуации фраза «Да клал я паркет на весь ваш линолеум!» будет самой уместной. Не отвечай, не реагируй, не оправдывайся. Всё равно все забудут через те же пять лет. Не делай себе нервы. Ну получилось так, и что? Ну наслушался где-то бессознательно, а потом всплыло через год-два аки своё собственное в головушке – бывает. В любом случае у каждого автора имеет место быть влияние того чужого творчества, на котором он воспитывался, которое слушал в детстве али в юности бесшабашной. Есть у каждого из нас сердечная привязанность к тем или иным мотивам и песням, которые сопровождали жизнь в минуты одурительного счастья или, наоборот, помрачительной трагедии. И всё это оседает в разуме, не иначе. И не денешься от того никуда. Отзвуки этого так или иначе будут-таки прослеживаться внимательным дотошей, если за дело такой возьмётся. Если человек с бытовой паранойей хочет что-то найти, будь уверен, найдёт, даже если и не было вовсе. К тому же слушатель или критик унюхает не то, что на самом деле отпечаталось следами в твоих сочинениях. Он радостно уличит тебя из списка собственного кругозора, который может разительно отличаться от твоего собственного, где вовсе не содержалось подобных названий авторов и композиций.