Андрей Аршавин. 555 вопросов и ответов

Есть родители, которые буквально вкладывают в своих детей силы и средства, надеясь, что это окупится, когда те станут игроками. Есть те, кто просто принимает увлечение ребенка как данность: захочет — сам пробьется. Как Вы считаете, что правильнее? Насколько велик вклад родителей в Ваше развитие, выбор профессии и становление как человека?

Мои родители всегда поддерживали и поддерживают меня. Они всегда рядом. По мере своих возможностей они старались, чтобы у меня в детстве было все необходимое, устраивали мне праздники, приглашали Деда Мороза под Новый год… Могу их только поблагодарить.

Что же касается выбора профессии, то мой папа выступал за футбольный клуб «Светлана», и поэтому его гены, видимо, передались и мне. Мама говорит, что мои движения, жесты, эмоции — все как у него. Я — копия отца, хочу я этого или нет.

Конечно, все свои решения в жизни я принимал и принимаю сам. На меня никто не давил, силой не тащил в футбольную секцию, хотя отвел меня туда именно отец… Мне кажется, если навязывать что-то ребенку, будь то спорт, рисование, изучение языков или занятия музыкой и т. д., если заставлять его заниматься тем делом, которое ему не нравится, — он никогда не добьется больших успехов»

Когда я пошел в футбол, никто и не думал, что я стану зарабатывать большие деньги. Просто мне нравилось играть, и у меня появилась возможность заниматься любимым делом. Просто я любил и люблю футбол.

Для многих игроков путь в большой футбол начинался с мечты, с любимого клуба, с какого-то кумира. За кого Вы болели, и была ли у Вас уже в детстве мечта играть в «Зените»?

Кумира у меня не было и нет. В разное время мне нравились разные футболисты. В каждой стране я выбирал для себя определенный клуб, за который и болел. Мне нравилась игра Христо Стоичкова, Ромарио, Криса Уодла. Из тренеров — Фабио Капелло. Что касается мечты, то я надеялся не только попасть в состав «Зенита», но и достичь еще более высокого уровня.

В Бразилии футбол начинается на пляже. Якобы в клуб ребята приходят уже готовыми мастерами. А как у Вас начинался путь в большой спорт? Может, как в кино, — в каком-нибудь дворе-колодце несколько мальчишек упорно тренировались, их заметил тренер, потом все поголовно стали известны?..

Я играл во дворе, когда был совсем маленьким. В первом или во втором классе. Не знаю, может, кто-то еще и стал известным футболистом. Мы тогда не спрашивали фамилий, знали друг друга по именам.

А потом я переехал в другой район. Там уже мало играл во дворе. А по-настоящему заниматься футболом я начал в семь лет. В основном играл под нападающими, но иногда тренер выпускал меня нападающим. И думаю, что в моем случае большую роль сыграли гены, чем упорные тренировки.

Футбол — игра мужская, порой довольно жестокая. Бывает, ее сравнивают с войной. Часто бьют тебя — бьешь ты…

Случается, кого-то калечат специально. Идет отбор самых лучших, самых сильных и стойких. Игра пробовала Вас на крепость, на силу характера?

Бывали моменты, когда я думал, что у меня ничего не получится, хотелось все бросить. Однажды в детстве я был очень недоволен судейством тренера. Перестал ходить на тренировки… Тогда тренер приехал к маме, и они вдвоем уговорили меня продолжить занятия.

В детстве я часто срывался. Иногда мог подойти сзади и ударить игрока. Конечно, всегда за дело. Меня, естественно, удаляли. Но, насколько я знаю, настоящих травм никому не нанес. А во взрослом футболе никогда не наносил умышленных травм. Если это и происходило, то только случайно, да и то — серьезных, по-моему, не было.

Для многих школа — каторга. Либо достает учеба, либо постоянные конфликты с одноклассниками. Выпускной воспринимается как праздник освобождения. А как Вы вспоминаете школу? Помните ли свой выпускной?