Андрей Громыко. Дипломат номер один

Тогда поступило больше шестисот заявлений. Управляющий делами Наркомата иностранных дел доложил наркому:

Несмотря на то, что все прошедшие испытание окончили высшие учебные заведения, – общее впечатление от испытуемых осталось неблагоприятное. Культурное развитие недостаточно, крайне низкая грамотность, незнание элементарных, буквально крупнейших событий истории, литературы.

Многие из испытуемых не слыхали о таких классиках, как Данте, Гёте, Шекспир; не отвечали на вопросы, кто такой Марат, Кромвель, Робеспьер.

Один из испытуемых прямо заявил, что не читал Ленина. Подавляющая часть прошедших испытание элементарно не знает географической карты.

На первый курс зачислили всего тридцать семь слушателей. Как раз в те годы в Москве расцвела дипломатическая жизнь. Часто устраивались приемы. Главный давался в Свердловском зале Кремля по случаю очередной годовщины Октябрьской революции. Приходили все советские руководители, некоторые с женами. Гости танцевали, пили и ели до утра. Впрочем, иностранцы быстро убеждались, что соревноваться с хозяевами в питье и еде – дело опасное. К утру иностранные дипломаты теряли форму и с трудом добирались до дома.

В 1938 году свободный прием в Институт дипломатических и консульских работников прекратили. В это закрытое учебное заведение зачисляли решением ЦК партии.

Протокол заседания Политбюро № 8, 1939 год:

Предоставить слушателям Высшей дипломатической школы НКИД отсрочку от призыва в Рабоче-Крестьянскую Красную Армию и освободить их от отбывания военных сборов на время учебы в Школе.

За четыре дня до начала Второй мировой войны, 27 августа 1939 года, нарком иностранных дел Молотов подписал приказ о преобразовании института в Высшую дипломатическую школу, которую отнесли к «категории специальных вузов».

Секретариат ЦК утвердил положение о ВДШ:

1. Основной задачей Высшей Дипломатической Школы является подготовка работников, владеющих основами советской дипломатической науки и иностранными языками, способных отстоять международные интересы СССР в практической работе.

2. Высшая Дипломатическая Школа готовит работников следующих специальностей: а) референтов для центрального аппарата; б) советников, атташе и секретарей полпредств и консульств; в) работников печати в органах НКИД и на заграничной периферии.

На западном отделении учились два года. На восточном – три. На изучение иностранного языка на западном отделении отводилось 1 120 часов, на восточном – 2 120 часов. Еще 60 учебных часов изучали методы борьбы с иностранным шпионажем, диверсией и спецслужбами капиталистических стран.

Сталин сказал Молотову: не ищите слушателей с гуманитарным образованием, берите в дипломаты молодых инженеров с оборонных заводов. Главный критерий для поступления в Дипломатическую школу – умение ладить с рабочими. И у тех, и у других сейчас очень трудная жизнь. Если молодые инженеры способны улаживать ежедневно человеческие конфликты и рабочие их уважают, значит, они – настоящие дипломаты.

Инженера-конструктора московского авиационного завода № 115 Анатолия Федоровича Добрынина вызвали в управление кадров ЦК партии:

– Есть мнение направить вас на учебу в Высшую дипломатическую школу.

Он отказывался. В ЦК грозно сказали:

– Не рассуждайте. Военное время. Вы мобилизованы.

Анатолий Добрынин сделал завидную карьеру. Почти четверть века он был послом в Соединенных Штатах.

В 1950 году Высшей дипломатической школе поручили готовить дипломатические кадры высшей квалификации – секретарей и советников.