Андрей Первозванный. Опыт небиографического жизнеописания

— Продолжай во имя Господа: «Знаете вы сами, сколько я увещевал вас и сколько унижали вы меня, сколько радел я о вас и сколько знамений сотворил чрез меня Бог. И если бы Он не позволил бесам вразумить вас, то вы бы так и не вразумились. Бог, будучи человеколюбив, действует не принуждением, но призывает всех, как самовластных, и хочет спасения каждого. Вот целых два года провёл я с вами: что видели вы во мне и слышали от меня, то предание и храните непоколебимо. Господь Бог чрез Сына Своего Иисуса Христа отметил вас и запечатлел Духом Своим Святым: смотрите, не обратитесь к своим прежним обычаям, сражайтесь за свою веру и священников. Сатана будет искушать вас, дабы испытать, тверды ли вы, ведь ради этого и попускается ему испытать золото вашей веры, истинно ли оно. Покажите же твёрдость веры своей: каждый из вас, сколько имеет, с радостью и молитвами да принесёт начатки свои Богу чрез священников. Подчиняйтесь же им и просите, дабы с радостью творили они за вас молитвы Богу. Не судите священников, о несведущие, ибо написано: «Не прикасайтесь к помазанным моим и пророкам моим не делайте зла». А вы, священники, народ наставляйте самою жизнью, словом и повелением. Не клевещите друг на друга все, бремена друг друга носите, терпите друг друга, любите друг друга, дабы Бог и вас возлюбил. Аминь!»

— Аминь! — повторил скорописец.

— А теперь в путь, брат Иаков. Последуем стопами святого апостола Андрея. Покинув Никею, отправился он, как ты знаешь, в Никомидию. Верь же: не оставит он нас в этом странствии — и да благословит нас Господь!

4. ВДОЛЬ ЮЖНОГО БЕРЕГА ПОНТА

«Милостивый Государь Григорій Александровичъ!

Пишу Вамъ изъ бывшей Никомидіи (ныншняго отуреченнаго Измита), куда привелъ меня Господь въ моихъ поискахъ возможныхъ слдовъ культа св. апостола Андрея. А если быть еще боле точнымъ, то двигался я по тому маршруту, коий былъ предложенъ Григоріемъ, епископомъ Турскимъ, въ его “Книг о чудесахъ блаженнаго апостола Андрея”: Амасія — Синопа — Никея — Никомидія — дале отправлюсь въ Константинополь (и по прочимъ своимъ дламъ), затмъ въ Ираклію Фракійскую (ныншній Мармара-Эреглиси), оттуда моремъ въ Грецію, въ Кавалу, и заду, наконецъ, въ Филиппы. Отъ Кавалы же рукой подать до Аона, гд пробуду я недолго, ибо скоро намъ предстоитъ встртиться на конференціи въ Херсонис.

И въ связи съ этимъ у меня къ Вамъ одна деликатнйшая просьба. По загадочной причин меня отъ Синопы буквально преслдуетъ Вашъ знакомецъ — о. Андрей Епифанцевъ, съ которымъ вмст сослужили мы въ небезъизвстномъ Вамъ Подмосковномъ храм въ прошломъ году на апостола Андрея. Сначала въ ту синопскую гостиницу, гд я остановился, на мое имя пришло отъ него безумное письмо, изъ которого я ршительно ничего не понялъ. Вскор, уже въ Изник (т. е. въ Нике, по-нашему), онъ уже самъ пытался проникнуть ко мн въ гостиничный номеръ, охрана же вовремя его остановила: чуть было не кончилось всё для него арестомъ, но я вступился за единоврца и въ нкоторомъ род соотечественника. Въ награду тотъ сталъ обвинять меня въ какомъ-то плагіат: я-де укралъ у него какую-то сумасбродную идею, — и наговорилъ сверхъ того такихъ параноидальныхъ глупостей, что мн и повторить ихъ неловко. Одного лишь не скрою: у меня дйствительно въ прошломъ году возникли въ Россіи нкоторые трудности дипломатическаго свойства какъ по церковной, такъ и по гражданской линіи, и есть вс основанія полагать, что здсь не обошлось безъ тайнаго недоброжелателя, который, возможно, натравливаетъ на меня теперь о. Андрея. Послднему не повредило бы успокоить свои нервы на водахъ, покуда ихъ не поправятъ въ боле суровомъ заведеніи.

Такъ вотъ, я настоятельно прошу Васъ, почтеннйшій Григорій Александровичъ, какъ-нибудь повліять на о. Андрея. Будьте такъ любезны, попытайтесь уяснить причины его ко мн столь неравнодушнаго отношенія, возникшего внезапно и безпричинно, и отговорите его отъ дальнйшихъ нападокъ на меня. Насколько я знаю, о. Андрей также включенъ въ программу Херсонисской конференціи, поэтому не хотелось бы и тамъ имть съ нимъ пренепріятное враждебное столкновеніе.

Съ неизмннымъ почтеніемъ,

смиренный священноинокъ Ампелій+

Р.S. Прилагаю свой переводъ съ латыни фрагмента “Книги о чудесахъ блаженнаго апостола Андрея” Вашего тезки — Григорія Турскаго, въ которомъ рчь идётъ о Никомидіи».

Это письмо, написанное отцом Ампелием от руки на нескольких гостиничных бланках, пришло Фоменко на институтский адрес обычной почтой, в конверте с турецкими марками, и так его озадачило, что он забыл о приложенном переводе, и даже Никифоров со своими вечными шуточками не смог отвлечь коллегу и приятеля от мрачных мыслей. Фоменко стал звонить своему духовнику, который был учителем отца Андрея, но тот знал лишь то, что отец Андрей взял академический отпуск и куда-то уехал. Другие их общие знакомые также не могли о нём больше ничего сказать, и никто не замечал в его поведении каких-либо странностей.