Андрей Туполев. Полет продолжается

Примерно часов в пять-шесть вечера меня вызвали к Сталину. Вхожу в кабинет. Сталин один. На длинном столе, покрытом синим сукном, лежит экземпляр акта испытаний Ту-2.

– Оказывается, хвалят машину. Вы читали?

– Да, читал. Зря сняли самолет с производства. И сколько я упреков от вас получил.

– И все-таки вы неправильно поступили, – вдруг сказал Сталин.

– В чем?

– Вы должны были жаловаться на меня в ЦК.

Сказал и пошел дальше по кабинету, попыхивая трубкой. Это не было шуткой с его стороны. Он говорил вполне серьезно и для того момента, может быть, искренне.

Я промолчал. Никому из нас в голову не могло прийти писать на Сталина в ЦК. В лучшем случае над этим посмеялись бы.

После паузы я заметил:

– На месте эвакуированного завода сейчас восстанавливается завод по производству бомбардировщиков. Это предприятие, конечно, не такое крупное, как в Сибири, но наладить выпуск Ту-2 можно.

Сталин отозвался:

– Хорошо, готовьте решение.

Туполевский бомбардировщик начали выпускать. За годы войны удалось сделать около 800 машин.

Со Сталиным можно было спорить, как я уже говорил, по практическим вопросам хозяйственной деятельности, доказывать нецелесообразность того или иного мероприятия, даже предложенного им, и спорить настойчиво. Но бывало, что все попытки, как в истории с туполевским бомбардировщиком, что-то доказать Сталину оказывались безрезультатными.

– Это мы уже слышали, – говорил он, и переубедить его оказывалось невозможным»[76].

Свою версию разговора со Сталиным, когда шла речь о серийном производстве Ту-2, излагает и А. С. Яковлев. На тот момент он был не только конструктором, но и замом наркома А. И. Шахурина.

«Потом нарком поставил вопрос о запуске в серийное производство туполевского фронтового пикирующего бомбардировщика ТУ-2, который успешно прошел государственные испытания.

– Пускать в серию новую машину сейчас, во время войны, – это авантюра, – сказал Сталин. – Вот через некоторое время подтянемся с количеством по другим самолетам, тогда и к этому вопросу вернемся.

Мы продолжали настаивать на необходимости запуска ТУ-2, так как по своим боевым качествам он был выше ПЕ-2 и ИЛ-4. Но Сталин был непреклонен.

– В принципе я – за, но пока подождем.

(Действительно, к вопросу о производстве ТУ-2 позже, когда наше военное положение стало еще лучше, вернулись, и в 1944 году самолеты ТУ-2 начали появляться на фронте.)» [77]

«Пускать в серию новую машину сейчас, во время войны, – это авантюра. Вот через некоторое время подтянемся с количеством по другим самолетам, тогда и к этому вопросу вернемся», – эти слова вождя, возможно, имеют и свой политический аспект.

Ведь если с подозрением к Туполеву относился Молотов, который был все время войны рядом с вождем, то какой-то отпечаток это накладывало и на отношение вождя. А вдруг самолет серийно не пойдет? Вернее – не станет тем, чем должен стать?! Вон сколько Туполев бомбардировщиков насоздавал, а все посбивали… Додумывать за вождя, конечно, не стоит. Но нечто подобное могло всплывать в головах руководителей. Поэтому фраза Сталина звучит вполне резонно.

Яркая, развернутая характеристика самолета Ту-2 дана М. М. Громовым, в годы войны он командовал 3-й воздушной армией:

«Авиация – это такой вид оружия, в котором особенно большую роль играет качество, а не количество. Это относится и к технике, и к выучке людей. Авиация сильна своей подвижностью, способностью к быстрому изменению нацеливания и способов поражения. Применение авиации выражалось главным образом в ее использовании в “работе по переднему краю”. А это играло большую моральную роль не только в воздействии на противника, но и на наши войска… Наш отличный бомбардировщик Ту-2 по неизвестным мне причинам появился на фронте лишь в самом конце войны, хотя ко мне на Калининский фронт 2 самолета Ту-2 были присланы еще в 1942 году. После их применения в боевой обстановке я дал им оценку как самолетам значительно более перспективным по сравнению с Пе-2 и по скорости, и по бомбовой нагрузке, и по летным качествам. Я сам летал на Ту-2 с большим удовольствием. Характеристику этого самолета я представил начальству, в том числе и А. И. Шахурину. И замена в производстве “Ту-вторых” “Яками-седьмыми” была неправильна. Эта крупная ошибка объяснялась, очевидно, доверием авторитетам, а не знатокам…

Пе-2 был с недостатком: его посадочный угол был немного больше, чем критический угол атаки крыла. Поэтому посадка не могла производиться точно на три точки. В последний момент приземления самолет раньше времени “проваливался”. В воздухе он был устойчив и хорошо управляем».

Тут, пожалуй, самое время затронуть интересы самих конструкторов, создателя Пе-2 В. М. Петлякова и его учителя и друга, создателя Ту-2 А. Н. Туполева, которые вместе работали долгие годы, но в начале сороковых невольно стали конкурентами. Конфликт интересов был, об этом рассказывается с техническими подробностями в книге В. Егера «Неизвестный Туполев».