Андрей Туполев. Полет продолжается

Организаторские способности Туполева в полной мере проявились, когда он вошел в строительную комиссию ЦАГИ. Он вникал в оборудование всех мастерских АГОС, в планировку каждого квадратного метра построенного здания. Немало занимал Туполева и внешний вид зданий. Он настаивал: «Все должно быть просто, лаконично, но достойно. Никаких пилястр, дорических или ионических капителей и прочих финтифлюшек. Пусть прохожие видят, что это действительно мировой научный центр!»

Строительство, однако, шло неспешно. Все в основном вручную. Не хватало и профессионалов-строителей. Чаплыгин и Туполев поутру обходили строящийся объект, взбирались на леса и проверяли качество строительных работ. Туполев за недочеты и отставание от графика работы грозил строителям штрафами. А строители называли его за строгость «хозяином».

В период становления и строительства ЦАГИ Туполева называли даже «кулаком». Качества «кулака», рачительного, крепкого, порой захапистого собственника, Туполеву пригодились, они всю жизнь будут ему помогать на созидательном пути. Целеустремленный, решительный, Туполев умел «выбивать», умел знакомиться с «нужными людьми», умел писать обращения, подбирать «доказательную базу» и т. п.

Центральный аэрогидродинамический иниститут (ЦАГИ)

1960-е

[Из открытых источников]

Разумеется, он не был одержимым, его «барство», как говорили некоторые из его конкурентов, подразумевая под этим «властность», имело, конечно, пределы. Выше головы не прыгнешь. И тем не менее в характере руководителя Туполева властность была чертой важной. Но не доминирующей. Главное – он умел нещадно работать, нещадно – значит не щадить себя и доводить дело до конца.

Тут важен еще и темперамент. Туполев по темпераменту – так же как В. И. Ленин и, к месту сказать, Наполеон – был ярко выраженным сангвиником. А они, сангвиники, смотрят только вперед, рефлексиям и самокопаниям не подвержены. Унывать не хотят и в лучшие свои часы озарения способны совершать открытия.

Еще одна немаловажная черта Туполева, особенно молодого, горячего, – озорство. Иосиф Фомич Незваль, который работал с Туполевым еще в 1920-е годы, рассказывал эпизод: однажды они Андреем Николаевичем на глиссере тронулись по Москве-реке в сторону Воробьевых гор, возле них «двое влюбленных в прогулочной лодке, забыв про все, так сладко целуются, что ничегошеньки не замечают»: «Туполев круто положил руль, описал вокруг них петлю и хохочет. Лодка закачалась, испуганный юноша вскочил, балансируя, грозит кулаками, кричит. Убедившись, что лодка не зачерпнула воды, Туполев погнал глиссер дальше, посмеиваясь в усы: “А здорово я их, а?”»

Веселенькая сценка! А если бы поменять местами Туполева и того паренька, который целовал девушку? Каково было бы Андрею Николаевичу?.. Хотя с юмором и самоиронией у Туполева тоже было все в порядке. Однажды он услышал нечаянно свое прозвище «Андрюполев» – и искренне рассмеялся…

Кстати, Туполев с признательностью относился к Ленину, понимал его значимость для страны, даже несмотря на некую оппозиционность к советской бюрократии. Ленин – статья особая. Туполев в январе 1924 года был среди тех, кто провожал Ильича в последний путь. Даже встречается информация, что свою новую модель АНТ-2 он хотел подарить Ленину, который поспособствовал созданию ЦАГИ.

Комплекс ЦАГИ был построен. И хорошо построен. Но прогресс шел вперед, страна развивалась, и комплекс приходилось расширять, добавлять новые помещения для лабораторий и служб. Тут, как говорится, совершенству нет предела.

«Труба». Это слово для ЦАГИ не просто слово, это большой экспериментальный объект. Аэродинамические трубы предназначались для ответа на вопрос, как будет вести себя самолет в полете. Самолеты разные. Размеры летательных аппаратов росли и росли. Размах крыла, к примеру, у АНТ-4 составлял уже около 30 метров. А еще трубу нужно было насытить современной аппаратурой.

Таким образом, приходилось решать массу технических, научных, конструкторских, инженерных вопросов. А главное – окружать себя соратниками.

В октябре 1925 года первую очередь строительства ЦАГИ приняли в эксплуатацию. А в декабре того же года в «большую трубу», которую спроектировал А. М. Черемухин[29], дали поток воздуха.

Алексей Михайлович Черемухин

1910-е

[Из открытых источников]

Первый вертолет ЦАГИ-1ЭА

1930-е

[Из открытых источников]

Когда читаешь даже краткие биографии этих замечательных людей, создателей и созидателей, дивишься их выдержке и крепости духа, их любви и преданности избранному делу.