Аненэрбе. «Наследие предков». Секретный проект Гитлера

Между ним и Гитлером происходят оживленные дискуссии. Молодой человек все больше подпадает под влияние известного геополитика. Именно по инициативе Хаусхофера пишется книга «Четыре с половиной года борьбы против лжи, глупости и трусости», получившая известность под другим, более коротким названием – «Майн Кампф», «Моя борьба». Хаусхофер позволил Гитлеру вдоволь насладиться воспоминаниями своего прошлого, придумать себе славный боевой путь на фронтах Первой мировой. Не это было для него главным. Главное, что Гитлер воспроизвел в своем произведении, ставшем впоследствии Библией национал-социализма, основные установки геополитики Хаусхофера, – естественно, упростив и огрубив их так, чтобы они были предельно понятны любому немцу. Действительно, что может быть проще: ты – представитель избранной расы, вокруг – враги, которые ненавидят тебя за это в силу собственной неполноценности и одновременно боятся тебя!… Пришло время отобрать у них твое жизненное пространство, которое они захватили силой, ложью и хитростью!

Гитлер представлял собой идеальное орудие для Хаусхофера. Уже само происхождение молодого бунтаря говорило о многом. Он родился в городе Браунау-на-Инне, общеизвестном центре европейских медиумов. Неизвестно, что именно влияет на такие особенности города, не исключу, что здесь замешана некая природная аномалия, но факт остается фактом: медиумы в Браунау рождаются очень часто. Именно потенциального медиума и увидел Хаусхофер в Гитлере.

Кто же они такие, эти медиумы? В этот вопрос мне пришлось погрузиться, как только я сполна осознал иррациональную, мистическую природу отношений Гитлера и Хаусхофера. Это были не просто отношения ученика и учителя, знаменитого ученого и использующего его теории политика.

Нет, это были именно отношения мага и медиума, такие, какими их рисуют оккультные практики.

Согласно этим практикам, маг может творить определенные чудеса в небольшом масштабе. Чтобы распространить свое влияние на более или менее значительную группу людей, ему нужен посредник – медиум. Именно медиум способен собрать огромную массу энергии, а затем «накачать» толпу в соответствии с программой, вложенной в него магом. Накачать ненавистью, любовью, агрессией – чем угодно. А за Гитлером уже давно замечались определенные способности в этом направлении – его искусство воздействия на толпу, по свидетельству современников, было непревзойденным. Такой медиум был идеальным партнером для «мага» Хаусхофера.

Оговорюсь сразу – я не являюсь оккультистом и не посещаю спиритические сеансы. Однако глупо и наивно было бы предполагать, что современная наука достигла пределов своего развития и в состоянии объяснить все, что происходит вокруг нас. Есть много такого, что пока находится за границами нашего понимания, но это отнюдь не значит, что таких явлений не существует в природе. К ним относятся, например, дарования Хаусхофера, который создал из Гитлера национального лидера.

К слову сказать, многие современники вспоминали о Гитлере именно как о медиуме. Так, один из наблюдателей писал:

«Глядя на него, приходится вспоминать о медиумах. Большую часть времени это обычные, незначительные существа. Внезапно на них, как с неба, нисходит сила, власть, поднимающая их над обычными мерками… Медиум – одержимый»

Исчерпав этот порыв, он вновь впадает в ничтожество. Я абсолютно убежден, что нечто подобное происходило и с Гитлером. Персонаж, носивший это имя, был временной одеждой квазидемонических сил. Это соединение банальности и исключительности – невыносимая двойственность, немедленно ощущалась при контакте с ним. Подобное существо мог бы выдумать Достоевский: соединение болезненного беспорядка с тревожным могуществом.

Ему вторили и многие другие.

Слушавший Гитлера внезапно видел появление вождя славы… Словно освещалось темное окно. Господин со смешной щеточкой усов превращался в архангела. Потом архангел улетал, и оставался только усталый Гитлер с остекленевшим взором.

«Я взглянул в его глаза: они стали медиумическими… Порой это выглядело так, будто что-то вселялось в оратора извне. От него исходили токи… Затем он вновь становился маленьким, посредственным, даже вульгарным, казался выдохшимся – как будто его аккумуляторы полностью исчерпались…»