Ангел-хранитель (сборник)

– Ты не могла бы в выходные сделать кое-какую работу у нас в доме? В субботу утром подъедет Мартин, и мы все уезжаем на два дня на хутор к родителям, нужно помочь им с посадками.

– Ну, что ж, я не против, – сказала Варвара. Хельгу и ее семью она знала уже пару лет. Ее муж постоянно работал в Финляндии, поскольку этот большой дом они купили в кредит, а кредит надо было выплачивать. И вдруг кризис, Мартин потерял работу, ситуация стала угрожающей. К счастью молодой и крепкий мужчина сумел найти работу в строительной фирме в Финляндии.

– Когда все закончишь, можешь попариться в бане и поплавать в бассейне. Работы много, деньги я оставлю на обычном месте, – сказала Хельга.

– Спасибо, Хельга, – обрадовалась Варвара. В отличие от других, Хельга платила ей больше. Варвара не знала почему, но, видимо, потому, что у эстонцев все тарифы были выше: хоть на куплю, хоть на продажу.

– Пожалуй, уже пора билет покупать, – наконец, решила Варвара и отправилась на вокзал. Ощущение нереальности сопровождало ее всю дорогу, пока она ехала туда. Варвара не могла поверить, что вот сейчас она действительно купит билет, а затем через несколько дней сядет в поезд и поедет в Москву и, наконец, вырвется из этого затхлого мира, в котором все тихо, спокойно и мертво, как на кладбище.

– До Москвы, сидячий, в оба конца, – сказала она кассиру. Затем бережно положила билеты в свой Российский паспорт. Ведь сколько ее ни уговаривали подруги получить серый паспорт без гражданства, она не смогла этого сделать, ведь в России были могилы Коли и Веры Ивановны, да и родители еще были живы в то время.

А Наташке на все было наплевать, выучила эстонский и однажды вбегает домой веселая и кричит с порога:

– Мам! Я на гражданство сдала! Получу синий паспорт и по всей Европе буду кататься!

– Вот и покаталась по всей Европе, не успела получить эстонский паспорт, как сразу в легион НАТО завербовалась.

– Ну, что ты, мам, переживаешь? У меня же корочки медсестры, я иду служить как медсестра, это неопасно. На год контракт обязательный, а потом можно демобилизоваться, если не понравится. А знаешь, какая у меня будет зарплата? У Варвары глаза округлились от названной суммы.

– Вот ты, мам, ведь имеешь высшее экономическое образование, а работаешь уборщицей. Уж поди и забыла про это?

– Ну, не я одна такая. Я еще неплохо устроилась. А вот посмотри, на рынках люди за гроши торгуют почти все с высшим образованием. А мне хоть неплохо платят.

– Так они же наши враги! – спохватилась Варвара, возвращаясь к теме о НАТО, вспомнив Советские времена.

– И ты будешь служить врагам?

– Какие враги?! – воскликнула Наташка. Ведь все ребята, хоть эстонцы, хоть русские, кто имеет эстонское гражданство, должны служить в Эстонской Армии и, как правило, они служат в войсках миротворцев НАТО.

– Я со знакомыми русскими ребятами из этих НАТО миротворцев отмечала день 23 февраля, тогда они мне и подкинули эту идейку и помогли ее протолкнуть. Скоро увидишь меня в военной форме, она мне очень идет!

– Что? 23 февраля? Так это же Российский праздник! День защитников Родины. Причем тут НАТО? – возмутилась Варвара.

– Так они же тоже защитники, и они же русские, так что это их праздник тоже! Ох, и напились мы в тот день!

Варвара потрясла головой, пытаясь вытряхнуть всю эту путаницу из головы, чувствуя, что она сходит с ума.

– Господи! Да что это такое творится? Что это за жизнь такая пошла? Все с ног на голову перевернулось, – подумала Варвара, ничего не сказав дочери. – Хватит воспоминаний! Пора в дорогу собираться!

И полезла она на антресоли искать для путешествия свой бывалый чемоданчик, темно-синий в клеточку, достала, протерла пыль.

– Замки вроде работают, колесики исправны.

– Какую же одежду взять? – осмотрела Варвара свой нехитрый и бедный гардероб. Эти растоптанные полусапожки, купленные в магазине «second hand», она уже носила почти 2 года, а брюки, потерявшие форму, можно одеть разве что в дорогу, но не более. Да и куртку давно бы надо сменить.

– Господи, а что за прическа на голове и эти бесцветные бровки! – Варвара посмотрела на себя в зеркало глазами постороннего человека.

– Нет, без Витькиных денег не обойтись! – решила она. Витькины 200 евро разошлись моментально, надо было еще хорошо побегать по супермаркетам, где был шанс попасть под скидку, чтобы купить то, что надо. И вот, выходя из парикмахерской и глянув напоследок в зеркало, она увидела яркую и эффектную женщину лет 40, и это была она, правда свои длинные волосы, которые так любил Николай, пришлось сделать значительно короче. Инна, знакомая парикмахерша, уговорила.

– Ну, сколько же можно жить прошлым?

И вот, наконец, посадка, совсем не такая, как в годы молодости Варвары, когда на перроне толпилась масса людей. Тогда кругом были шум и суета. Сейчас же по одиночке быстро проходили немногочисленные пассажиры. В сидячем вагоне всего только 3 человека, а все остальные вагоны – дорогие, купированные, но и там тоже была пустота. Хотя стук колес, по-прежнему нес воспоминания детства и молодости.