Повесть разделяется на 24 главы и посвящена автором описанию внутреннего быта небольшого военного отряда на Дальнем Востоке. Жизнь эта изображена в самом отталкивающем виде. Замятин не жалеет грубых красок, чтобы дать читателю глубоко оскорбительное представление о русских офицерах. С этой целью Замятин подбирает в своей повести целый ряд мелких фактов, не останавливаясь перед весьма непристойными картинами. <…> По его описанию русские офицеры только ругают и избивают солдат, сами развратничают и пьянствуют, в Собрании затевают драку в присутствии приглашенных для чествования иностранных офицеров. <…> Вместе с тем Замятин, имея в виду еще более унизить выведенных в повести офицеров, рисует самые интимные и для публичного разглашения непристойные стороны супружеской жизни и приводит порнографические выражения, чем оскорбляет чувство благопристойности [Анненков 1991, 1: 252–253].
Это решение было подтверждено еще раз 22 апреля. Издатель Н. М. Кузьмин попытался снять запрет на выход повести, предложив убрать компрометирующие отрывки, но суд постановил оставить запрет в силе, «…не признавая <…> возможным выделить из этого рассказа отдельные тексты, являющиеся совершенно неблагопристойными в виду многочисленности таковых, а равно потому, что весь рассказ по содержанию и изложению своему представляется явно противным нравственности» [Анненков 1991, 1: 254]. Поэтому в итоге были поспешно выпущены новые экземпляры журнала, где рассказ В. Я. Шишкова «Суд скорый (Рассказ из тунгусской жизни)» заменил повесть Замятина, хотя при этом была утеряна последовательная нумерация страниц. Довольно беззаботной реакцией на все эти события явилась открытка от сестры Александры с изображением его школы в Лебедяни, посланная в первых числах апреля:
Мы с Владимиром Васильевичем [Волковым] собрались было за границу летом и я воспламенилась мечтами о Венеции и Швейцарии, но увы, он не получил отпуска, <…> и пришлось остыть.
Придется ли куда поехать – не знаю. А что автора «Куличек» не послали еще на кулички? Папа собирается в Крым.
Больше нового ничего нет.
Целую. Твоя сестра А. В.[56]
В результате «На куличках» не публиковали до 1923 года[57].