Ангуттара Никая

Далее, бывает так, когда некий человек не лишает другого жизни, не берёт того, что не дано, не совершает недозволенного сексуального поведения, не лжёт, не говорит сеющей распри речи, не говорит грубых слов и не пустословит; он не жаден, не питает неприязни, имеет правильные воззрения. И он дарит еду, напитки, одежду, средства передвижения, гирлянды, духи и кремы, постели, жилища и лампы жрецам и отшельникам. После распада тела, после смерти, он рождается в мире людей. Там он наслаждается пятью нитями человеческих чувственных удовольствий. Поскольку он не лишал жизни другого, не совершал недозволенного сексуального поведения, не лгал, не говорил сеющей распри речи, не говорил грубых слов и не пустословил; не был жадным, не питал неприязни, имел правильные воззрения — он родился в мире людей. А поскольку он давал еду, напитки, одежду, средства передвижения, гирлянды, духи и кремы, постели, жилища и лампы жрецам и отшельникам — он наслаждается пятью нитями человеческих чувственных удовольствий.

Далее, бывает так, когда некий человек не лишает другого жизни… имеет правильные воззрения. И он дарит еду… жилища и лампы жрецам и отшельникам. После распада тела, после смерти, он рождается в мире дэвов. Там он наслаждается пятью нитями небесных чувственных удовольствий. Поскольку он не лишал жизни другого… имел правильные воззрения — он родился в мире дэвов. А поскольку он давал еду… жилища и лампы жрецам и отшельникам — он наслаждается пятью нитями небесных чувственных удовольствий. Но в любом случае, брахман, даритель получит вознаграждение».

«Удивительно, Учитель Готама, поразительно, как всего этого [сказанного] достаточно для того, чтобы кто-либо захотел сделать дар, достаточно для того, чтобы кто-либо захотел сделать подношение, ведь даритель получит вознаграждение».

«Именно так, брахман. Именно так. Даритель получит вознаграждение».

«Великолепно, Учитель Готама! Великолепно! Как если бы он поставил на место то, что было перевёрнуто, раскрыл бы спрятанное, показал путь тому, кто потерялся, внёс бы лампу во тьму, чтобы зрячий да мог увидеть, точно также Благословенный — различными способами — прояснил Дхамму. Я принимаю прибежище в Благословенном, прибежище в Дхамме и прибежище в Сангхе монахов. Пусть Благословенный помнит меня как мирского последователя, принявшего в нём прибежище с этого дня и на всю жизнь».

XI. Книга одиннадцати

(Нету переведённых сутт)