Анна Герман. Сто воспоминаний о великой певице

Интересно, что при своем высоком росте и обладании сильным красивым голосом Анна очень тихо, ровно и порой даже неэмоционально разговаривала. Думаю, это в силу её характера и скромности. Скромность Анны бросалась в глаза сразу же, начиная от внешнего вида. За две недели её пребывания в Ташкенте я ни разу не видела Анну в ярких нарядах – все пастельных, скромных оттенков. Даже концертные платья, в которых она выступала, были одно серого цвета, а другое – нежно-голубого. Оба прямые, строгие, только небольшие складки да пышные рукава украшали одно из них. И на каждое выступление она накидывала на плечи красивую кремового цвета шаль крупной вязки. В повседневности Анна надевала серый сарафан и лишь меняла белые блузки – то шифоновую, то из хлопка с затейливой вышивкой на рукавах и вороте. Не видела я её и ярко накрашенной…

Помню, меня вызвал к себе директор, чтобы заплатить Анне суточные (тогда все зарубежные артисты получали у нас суточные в рублях, естественно, а основной гонорар выплачивал «Госконцерт» в валюте той страны, откуда они приезжали). Я зашла в кабинет. Анна привстала со стула, здороваясь со мной. Амо Рубенович (директор «Узбекконцерта») сказал: «Вот мой главный бухгалтер». Анна удивилась: «Это ваш бухгалтер? Такая молодая девушка? Сколько я везде ездила, видела только пожилых бухгалтеров».

Завтракали и обедали приезжие артисты в гостинице, а ужинали зачастую сразу после концерта у себя в гримёрках и уже за свой счёт. У нас действовал выездной буфет ресторана «Бахор». Перед концертами за кулисами выставлялись столики с напитками и с закусками, артисты в любое время могли перекусить и заказать в номер ужин. К сожалению, не помню, что брала в гримёрку Анна, но красную и чёрную икру точно не заказывала, как многие.

Помню, к Амо Рубеновичу в кабинет зашёл молодой высокий блондин, оказалось – журналист, который попросил разрешения взять у Анны Герман интервью. С ним также был невысокий шустрый кореец-фотограф, которого директор попросил сделать снимки и для нашего архива. К сожалению, у меня не сохранился автограф Анны, который она дала мне тогда в кабинете директора, моя дочь ещё лет десять назад подарила несколько карточек из моей коллекции своей подруге, среди которых была и фотография Анны Герман… А где архив «Узбекконцерта» сейчас – одному богу известно…

Эмма Агопова, в 70-е годы – художественный руководитель Ростовской филармонии (Ростов-на-Дону) «Ростовские гастроли»

Открытка с автографом Анны: «Дорогой Эмме на память от Анны Герман. 15.12.72». Из архива Э. Агоповой

В семидесятые годы в Ростовской филармонии самыми кассовыми были концерты советских звезд – Муслима Магомаева, Людмилы Зыкиной, ВИА «Песняры», но особенной любовью у зрителей пользовались зарубежные артисты, они всегда проходили с огромным успехом.

Гастроли Анны Герман в 1972 и 1975 году в нашем городе не стали исключением. Песни Анны ростовчане очень любили. Я лично занималась организацией этих концертов: встречала Анну, показывала ей город, сопровождала на концерт и в гостиницу.

Реклама концертов Анны Герман в Ростове-на-Дону в августе 1975 года

Анна попросила меня отвезти её на городской рынок, мы поехали, и она купила там банку мёда. Я спросила, зачем ей мёд, она сказала, что признаёт только натуральные продукты и мёд помогает бороться с простудой, которую она часто подхватывает во время гастрольных поездок. Ещё Анна Герман купила в нашем городе два колечка – одно себе, другое в подарок своей маме.

Мы расстались как добрые друзья, а спустя некоторое время, в январе 1976 года, я неожиданно получила от Анны Герман письмо. Я удивилась, так как не давала ей своего адреса. Анна написала на конверте просто: «СССР, Ростов-на-Дону филармония (дирекция), Эмма Вагановна Агопова». И письмо нашло меня! Я его сохранила до сих пор, оно очень тёплое и трогательное:

Письмо Анны Герман Эмме Агоповой

«Дорогая Эмма! С опозданием – но самые лучшие пожелания на весь 76-й год!! Здоровья вам, милая Эмма, спокойствия и радости на работе и дома!

У нас сын – большой, крепкий и страшный обжора. Ел бы и ел весь божий день! Теперь самая большая проблема у меня не тональность, не микрофоны, не ноты, не платье… Только его аппетит!

Мне до сих пор не верится, что это действительно мой сын, наш мальчик – сегодня, завтра, навсегда!