Антология черного юмора

слон тоскует по муравьюулитка так гордитсясвоим античным шлемом золотыми кожица ее спокойнослушает смех травыно слизистые ружья начекув важно распахнутых крыльях орла — пустотаего вымя распирают молнии

усы у льва стремятся вверх,как стрелы древнего собораа туфли стерты и в пылиточь-в-точь сегодняшний солдатбегущий после поражения лунылангуст спускается по мачтеменяет трость на жезл туземцазаполучив ее, он вновь ползетвверх по древесному стволу

муха с жужжащим взглядомласкает хоботком непокорный фонтанкорова бередит берестузатерянную в книге плотии ее каждая ворсинкане тяжелее, чем пылинкау змеи мурашки по спинеслегка покалывают в низинке любви

так, где колотятся пронзенные стрелой сердцапокрытая соломой бабочкана сеновале стала папакрытой бабочкойа коли папакрыта, бабочкенедалеко до папакрытой бабушкисоловей, брат сфинксаутоляет желудки сердца мозги потрохану то есть лилии розы гвоздики и сиреньу блохи обычно правая нога

закинута за левое ухоа левая рукапришита к правому бокуи прыгает она как правило на левой ногекувыркаясь через правое ухо

АЛЬБЕРТО САВИНИО

(1891-1952)

Истоки всей современной мифологии, пусть еще только нарождающейся и не всегда четко различимой, следует искать в произведениях двух братьев, Альберто Савинио и Джорджо де Кирико — произведениях, родственных по духу и достигающих наивысшей выразительности накануне войны 1914 года. Все возможности изображения и письма брошены ими на создание собственного языка — богатого значениями, чистого и точного, в полный голос заявляющего о своем стремлении максимально верно отразить ту реальность, которая отличает наше время (художник, приносящий себя в жертву эпохе), и ответить на те вопросы, которые оказываются для этого времени важными (поразительно, насколько сопоставление предметов новых, которыми эта эпоха вынуждена пользоваться, и старых, отброшенных ею или попросту забытых, усиливает чувство нашей общей обреченности).