Анты. Загадка исчезнувшего народа

Но это был еще не финал. На помощь ромеям неожиданно пришла страшная болезнь, бушевавшая на протяжении многих лет, – чума. Каган разграбил окрестности Константинополя, но прошел через зараженные районы. Болезнь стала косить аваров и их союзников. Умерли семеро сыновей Баяна. Потери простолюдинов никто не считал. Византийцы запросили мира, и потрясенный смертью своих людей каган согласился:

– Пусть Бог будет судьей между Маврикием и хаганом, между аварами и ромеями.

«И эти слова не были несправедливы: на самом деле ромеи, нарушив мир и развязав войну, [сами] накликали вышеописанные несчастья; дурное начало всегда в конце концов приводит к печальным результатам», – констатирует Симокатта.

Договор содержал странный пункт. Границей между Византией и каганатом объявили реку Истр (Дунай), то есть развалины Сингидуна вернулись в состав империи. Но «против славян реку можно будет переходить». Что случилось? Объяснение только одно. Воспользовавшись смутой в каганате и его войнами против Византии и франков, от Баяна отложились дулебы, причем вместе с дунайцами. Каганат расползался, как старое одеяло. Но он был немного сильнее расползавшейся Византийской империи, управление которой начал расшатывать Юстин II, а теперь его дело продолжил Маврикий. Поэтому авары выговорили для себя ежегодную дань в 100 тысяч золотых. «И на этом была наконец завершена война аваров с ромеями», – говорит Симокатта. Для византийцев мир был позорным. Антов вообще не включили в договор. То ли византийцы снова принесли их в жертву, то ли сами днепровские славяне еще раньше вышли из войны.

В ходе набегов каган набрал большое количество пленных и требовал выкуп за них. Расчетливый до скупости Маврикий отказался платить. Баян перебил весь полон, взял причитающуюся дань и отбыл на север. Популярность Маврикия, и без того невысокая, после этих поражений и перебитого полона упала еще сильнее. Ни в пропагандируемую им православную идею, ни в созданную вертикаль власти никто не верил. Судили по делам, а они шли плохо: гнилое правительство воровало деньги, а Маврикий ввязывался во внешнеполитические авантюры и проигрывал всё и вся.

Император оказался в шахматном цугцванге, когда любое действие вело к поражению. Он не мог воевать, потому что авары были эффективнее, но не мог и соблюдать мир, потому что никто в Византии не хотел платить аварскую дань, а партии цирка могли в любой момент организовать дворцовый переворот.

Весной 599 года Маврикий возобновил войну.

7. Армия предает императора

Базилевс направил две армии к Сингидуну. Ими начальствовали Приск и Коментиол. Впрочем, последний сказался больным, и Приск, который считался экспертом по борьбе со славянами и аварами, объединил командование. Византийцы нарушили мир с аварами и двинулись к острову Виминакий.

Северный берег Дуная обороняли четверо детей кагана (как видим, жен и сыновей у кагана было много, так что потеря семерых сыновей не была фатальной). Приск переправился через реку и нанес аварам три поражения за десять дней. Кажется, за это время он дошел до берегов Балатона. Так далеко ромеи до сих пор не заходили. Они явились в старые римские земли, утраченные еще во времена святого Северина.

По словам Симокатты, авары потеряли в боях 28 тысяч бойцов. Каган отступил к реке Тисе и собрал новое войско. На стороне кагана сражались авары, болгары, хорутане и остатки гепидов. Приск выслал против гепидов подвижный отряд в четыре тысячи воинов, тот пожег вражеские поселения на берегах Тисы и доложил об истреблении 30 тысяч противников. Ромеи жестоко мстили за бедствия, которые причинили авары в Мёзии.

Каган вновь собрал войско, и на берегу Тисы произошла решающая битва. «В этот день варвары, разбитые, так сказать, наголову, захлебнулись в речных потоках», – пишет Феофилакт Симокатта. И прямо указывает: «Вместе с ними погиб и большой отряд славян. После поражения [многие] варвары были взяты в плен: захвачено аваров – 3000, других варваров – 4000, да еще 2200, славян – 8000. Итак, пленные были закованы в цепи, и стратиг послал доставшихся в добычу варваров в Томы». После этого ромеи вернулись на родину с долгожданной победой.

Одновременно хорутане попытались вторгнуться в Италию и дошли до Равенны. Однако и там византийский наместник сумел выиграть битвы с варварами и сохранить остатки италийских владений за Ромейской империей.

Но даже эти успехи послужили в итоге причиной падения популярности императора, которого стали ненавидеть едва ли не все византийцы. Каган написал ему письмо, полное угроз, и требовал вернуть пленных. Маврикий, еще не зная об одержанных победах (и не побеспокоившись узнать), приказал вернуть пленных аваров. Феофилакт утверждает, что царь был «потрясен угрозами варвара». Авары вернулись домой, а славяне продолжали томиться в неволе. Эффект оказался неожидан. Похоже, словене и авары вновь договорились о совместных действиях против Византии.