Апостолы двуликого Януса: Очерки о современной Америке

В процессе самовоспроизводства элиты на начальном этапе студенческие братства играют очень важную роль наряду с частными школами, пансионами, наиболее престижными университетами. Не случайно же в свое время на заре конькобежного спорта в Королевстве Швеции сложился такой негласный порядок: если на дорожке стартовал барон, судья пускал в ход секундомер лишь спустя две секунды, для графа устанавливали фору в четыре, а для принца в восемь секунд. Нечто похожее происходит и в сегодняшней Америке, где преимущества образования «на старте» облегчают и дальнейшее восхождение к вершине социальной пирамиды. Систему передающихся по наследству дворянских рангов и титулов успешно заменили одиннадцать самых привилегированных университетов. Так, например, более двух третей студентов Принстона — выпускники частных школ, четверо из пяти руководителей ведущих корпораций получили диплом в Гарварде, Йеле и им подобных, где стоимость полного курса обучения составляет, по меньшей мере, шестилетний заработок среднего рабочего. В этих своего рода придворных салонах не только дают нужные знания, но и прививают «хороший тон», особую манеру поведения, по которой можно сразу отличить их выпускников.

Несколько слов о манерах и тоне. Один из слушателей Гарвардской школы деловой администрации, выходец из Западной Европы, поделился своими впечатлениями об атмосфере, царящей в этом «академическом филиале Уолл–стрита»: «Там господствует дух убийственной конкуренции. В школе вы научитесь и в грош не ставить слабых, робких, по которым вам придется в жизни ступать, как по трупам. Осознаете, что кругом враги, начнете бояться и ненавидеть людей, привыкнете до конца своих дней высокомерно относиться к окружающим. Но главное — научитесь никогда не показывать собственные слабости, всегда сохранять фасад благополучия и ненавидеть самого себя, если это не удается».

Элита привилегированного Гарварда — мальчики из тайных студенческих братств, для которых скрытая от посторонних глаз жизнь этих обществ гораздо важнее учебных занятий: там завязываются полезные связи, вырабатывается свой акцент в языке и одежде, по которому они потом будут узнавать друг друга, помогая взбираться к вершине. Членство в таком братстве — надежный ключ, открывающий двери наверх. Вступив в него, будущие политики, бизнесмены, журналисты свяжут себя отныне и навсегда невидимой нитью общих взглядов на жизнь, этических оценок и моральных норм.

Старшие наставники, правда, в целях укрепления касты оставляют в непроницаемой стене и отдельные лазейки. Способности, деловые качества, интеллект могут и не передаваться по наследству, а посему вырабатывается утонченная система отбора кандидатов в «свои» и избавления от «чужих». В той же Гарвардской школе деловой администрации, например, периодически проводятся «глубинные интервью» с целью определить у опрашиваемого степень его сообразительности, общительности, упорства, организаторского таланта, самообладания, а также выяснить его наклонности и круг интересов. И, конечно, политические взгляды. Неважно, республиканец вы или демократ, главное — не принадлежать к крайним либералам и, боже сохрани, не сочувствовать коммунистам.

ПЛОХО ОСВЕЩЕННАЯ ПЕРЕДНЯЯ

Помимо названных возлагается на студенческие братства и другая негласная функция — готовить их членов к дальнейшему продвижению в тайные общества более высокой ступени — масонские ложи шотландского обряда.

Когда в Италии разразился скандал вокруг ложи «Пропаганда-2», «Нью–Йорк тайме» тут же поспешила заверить: «Ряд масонских организаций США признают ложи, следуют ритуалам и учению масонства, но какой–то единой международной организации масонов нет». Газета, видимо, поторопилась, ибо позднее ход следствия по делу ложи «П-2» убедительно опроверг это заверение.

Картина же вырисовывалась действительно любопытная. Рядовым членам ложи «П-2» немного было известно о далеко идущих политических целях своей организации — в случае чрезвычайных обстоятельств предотвратить приход к власти коммунистов. Для большинства она была обычным братством «вольных каменщиков», и лишь немногие догадывались, что параллельно с традиционной деятельностью ложи происходило нечто, тщательно скрываемое ее магистром Личо Джелли.