Читаем Арабы и Халифат полностью

К концу своего правления Бейбарс попытался нанести удар монголам. Султанат Рума находился в это время под монгольским протекторатом, и один из претендентов на пост султана Изз ад-Дин Кай-Кавус II (1249 – 1257) пригласил Бейбарса вторгнуться в Анатолию, пообещав за это половину своих владений. В 1277 году Бейбарс предпринял поход в Анатолию, разбил монгольскую армию при Элбистане и был возведен на престол в качестве султана Рума. Однако он не получил поддержки со стороны местных тюркских племен и вынужден был отступить в Дамаск, где вскоре умер.

Арабские хронисты ставят Бейбарса в один ряд с Саладином. Оба они были не местного происхождения: Саладин был курдом, а Бейбарс – тюрком-кипчаком. Однако Саладин в большей мере был связан с арабской культурой, ибо пришел в Египет из мусульманских областей. Бейбарс же был тюркским военачальником, лишь недавно принявшим ислам. Саладин предпочитал действовать неожиданными наскоками на противника (именно так ему удалось захватить Иерусалим). Бейбарс тщательно готовился к военным кампаниям. Захватив часть территории противника, он немедленно начинал строить на ней оборонительные сооружения. Так, захватив Химс и Хауран, он восстановил в этих городах разрушенные монголами крепости, обновил военный арсенал и построил множество военных судов.

Хотя Бейбарс пришел к власти «через два трупа» (аль-МуаззамаТуран-Шаха и Кутуза), арабские хронисты его оправдывают, ссылаясь на трудные обстоятельства, в которых находился исламский мир. И Саладин, и Бейбарс оказались у власти в момент смертельной угрозы для ислама, оба создали сиро-египетскую монархию, возродив идею единства исламского мира, персонифицированного в образе халифа.

После смерти Бейбарса наследственный принцип избрания султана был нарушен, и, хотя Бейбарс еще при жизни в 1262 году назначил своим преемником малолетнего сына, через три года после его смерти, в 1277 году, фактическим правителем стал один из мамлюкских главарей – как и Бейбарс, тюрок-кипчак по происхождению Калавун (1280 –1290). Попытки мамлюкских военачальников в Сирии, в союзе с сыновьями Бейбарса и с помощью монголов, отнять у Калавуна власть оказались безуспешными, и Калавун взял под жесткий контроль мусульманские княжества Сирии.

Калавун почти во всем следовал политике Бейбарса. Учитывая постоянную опасность со стороны монголов, он, ища союзников среди христианских правителей, обменивался посольствами с Византией и римским императором, заключал политические и торговые соглашения с Генуей, Кастилией и Сицилией, налаживал отношения с непримиримыми врагами Хулагуидов, обратившимися в ислам кипчаками. Его послы в Йемене и на Цейлоне старались оживить торговые отношения со странами Востока. Переговоры с франками о совместных действиях перед лицом монгольской опасности не помешали ему после того, как монголы были отброшены, напасть на франков и в 1289 году захватить самый большой и хорошо укрепленный порт Триполи.

Окончательно изгнать крестоносцев с Ближнего Востока удалось сыну и преемнику Калавуна – аль-Ашрафу Халилу (1290 –1294). В 1291 году он возглавил большую армию, снабженную осадными машинами, и взял приступом Акру. Позднее без большого сопротивления капитулировали Бейрут, Тир, Сидон и Хайфа. Таким образом, после Иерусалима в 1244 году, Антиохии в 1268 году, Триполи в 1289 году пал последний крупный опорный пункт крестоносцев – Акра. Города крестоносцев были разрушены, а их развалины заселили тюрки, курды и даже монголы.

Среди наследников Калавуна особую известность приобрел его второй сын ан-Насир Мухаммад, правивший Египтом и Сирией с перерывами с 1294 по 1340 год. Его длительный султанат дважды прерывался (с 1295 по 1299 год и в 1309 году); по сути, его правление началось лишь с 1310 года. Когда в результате компромисса враждующих мамлюкских клик совсем юным он пришел к власти в 1294 году, ничто не указывало на то, что его пребывание на посту халифа будет более продолжительным, чем правление его предшественников. Однако позднее, искусно маневрируя между враждующими сторонами, он сумел завоевать симпатии жителей Каира и продемонстрировать политическую зрелость и твердость, обеспечившие стране безопасность и процветание.

Перейти на страницу:

Все книги серии История. География. Этнография

История человеческих жертвоприношений
История человеческих жертвоприношений

Нет народа, культура которого на раннем этапе развития не включала бы в себя человеческие жертвоприношения. В сопровождении многочисленных слуг предпочитали уходить в мир иной египетские фараоны, шумерские цари и китайские правители. В Финикии, дабы умилостивить бога Баала, приносили в жертву детей из знатных семей. Жертвенные бойни устраивали скифы, галлы и норманны. В древнем Киеве по жребию избирались люди для жертвы кумирам. Невероятных масштабов достигали человеческие жертвоприношения у американских индейцев. В Индии совсем еще недавно существовал обычай сожжения вдовы на могиле мужа. Даже греки и римляне, прародители современной европейской цивилизации, бестрепетно приносили жертвы своим богам, предпочитая, правда, убивать либо пленных, либо преступников.Обо всем этом рассказывает замечательная книга Олега Ивика.

Олег Ивик

Культурология / История / Образование и наука
Крымская война
Крымская война

О Крымской войне 1853–1856 гг. написано немало, но она по-прежнему остается для нас «неизвестной войной». Боевые действия велись не только в Крыму, они разворачивались на Кавказе, в придунайских княжествах, на Балтийском, Черном, Белом и Баренцевом морях и даже в Петропавловке-Камчатском, осажденном англо-французской эскадрой. По сути это была мировая война, в которой Россия в одиночку противостояла коалиции Великобритании, Франции и Османской империи и поддерживающей их Австро-Венгрии.«Причины Крымской войны, самой странной и ненужной в мировой истории, столь запутаны и переплетены, что не допускают простого определения», — пишет князь Алексис Трубецкой, родившейся в 1934 г. в семье русских эмигрантов в Париже и ставший профессором в Канаде. Автор широко использует материалы из европейских архивов, недоступные российским историкам. Он не только пытается разобраться в том, что же все-таки привело к кровавой бойне, но и дает объективную картину эпохи, которая сделала Крымскую войну возможной.

Алексис Трубецкой

История / Образование и наука

Похожие книги

1917. Разгадка «русской» революции
1917. Разгадка «русской» революции

Гибель Российской империи в 1917 году не была случайностью, как не случайно рассыпался и Советский Союз. В обоих случаях мощная внешняя сила инициировала распад России, используя подлецов и дураков, которые за деньги или красивые обещания в итоге разрушили свою собственную страну.История этой величайшей катастрофы до сих пор во многом загадочна, и вопросов здесь куда больше, чем ответов. Германия, на которую до сих пор возлагают вину, была не более чем орудием, а потом точно так же стала жертвой уже своей революции. Февраль 1917-го — это начало русской катастрофы XX века, последствия которой были преодолены слишком дорогой ценой. Но когда мы забыли, как геополитические враги России разрушили нашу страну, — ситуация распада и хаоса повторилась вновь. И в том и в другом случае эта сила прикрывалась фальшивыми одеждами «союзничества» и «общечеловеческих ценностей». Вот и сегодня их «идейные» потомки, обильно финансируемые из-за рубежа, вновь готовы спровоцировать в России революцию.Из книги вы узнаете: почему Николай II и его брат так легко отреклись от трона? кто и как организовал проезд Ленина в «пломбированном» вагоне в Россию? зачем английский разведчик Освальд Рейнер сделал «контрольный выстрел» в лоб Григорию Распутину? почему германский Генштаб даже не подозревал, что у него есть шпион по фамилии Ульянов? зачем Временное правительство оплатило проезд на родину революционерам, которые ехали его свергать? почему Александр Керенский вместо борьбы с большевиками играл с ними в поддавки и старался передать власть Ленину?Керенский = Горбачев = Ельцин =.?.. Довольно!Никогда больше в России не должна случиться революция!

Николай Викторович Стариков

Публицистика
1968 (май 2008)
1968 (май 2008)

Содержание:НАСУЩНОЕ Драмы Лирика Анекдоты БЫЛОЕ Революция номер девять С места событий Ефим Зозуля - Сатириконцы Небесный ювелир ДУМЫ Мария Пахмутова, Василий Жарков - Год смерти Гагарина Михаил Харитонов - Не досталось им даже по пуле Борис Кагарлицкий - Два мира в зеркале 1968 года Дмитрий Ольшанский - Движуха Мариэтта Чудакова - Русским языком вам говорят! (Часть четвертая) ОБРАЗЫ Евгения Пищикова - Мы проиграли, сестра! Дмитрий Быков - Четыре урока оттепели Дмитрий Данилов - Кришна на окраине Аркадий Ипполитов - Гимн Свободе, ведущей народ ЛИЦА Олег Кашин - Хроника утекших событий ГРАЖДАНСТВО Евгения Долгинова - Гибель гидролиза Павел Пряников - В песок и опилки ВОИНСТВО Александр Храмчихин - Вторая индокитайская ХУДОЖЕСТВО Денис Горелов - Сползает по крыше старик Козлодоев Максим Семеляк - Лео, мой Лео ПАЛОМНИЧЕСТВО Карен Газарян - Где утомленному есть буйству уголок

Журнал «Русская жизнь» , авторов Коллектив

Публицистика / Документальное
Свой — чужой
Свой — чужой

Сотрудника уголовного розыска Валерия Штукина внедряют в структуру бывшего криминального авторитета, а ныне крупного бизнесмена Юнгерова. Тот, в свою очередь, направляет на работу в милицию Егора Якушева, парня, которого воспитал, как сына. С этого момента судьбы двух молодых людей начинают стягиваться в тугой узел, развязать который практически невозможно…Для Штукина юнгеровская система постепенно становится более своей, чем родная милицейская…Егор Якушев успешно служит в уголовном розыске.Однако между молодыми людьми вспыхивает конфликт…* * *«Со времени написания романа "Свой — Чужой" минуло полтора десятка лет. За эти годы изменилось очень многое — и в стране, и в мире, и в нас самих. Тем не менее этот роман нельзя назвать устаревшим. Конечно, само Время, в котором разворачиваются события, уже можно отнести к ушедшей натуре, но не оно было первой производной творческого замысла. Эти романы прежде всего о людях, о человеческих взаимоотношениях и нравственном выборе."Свой — Чужой" — это история про то, как заканчивается история "Бандитского Петербурга". Это время умирания недолгой (и слава Богу!) эпохи, когда правили бал главари ОПГ и те сотрудники милиции, которые мало чем от этих главарей отличались. Это история о столкновении двух идеологий, о том, как трудно порой отличить "своих" от "чужих", о том, что в нашей национальной ментальности свой или чужой подчас важнее, чем правда-неправда.А еще "Свой — Чужой" — это печальный роман о невероятном, "арктическом" одиночестве».Андрей Константинов

Евгений Александрович Вышенков , Андрей Константинов , Александр Андреевич Проханов

Криминальный детектив / Публицистика