Арийская Русь. Ложь и правда о «высшей расе»

По мнению современных ученых, В. Джонс предлагал не столько научные, сколько интуитивные основания для общности языков. Но начало положено! Возник интерес к проблеме, и ею занялись профессиональные ученые.

В 1816 году вышла книга Франца Боппа (Ворр) — профессора Берлинского университета, члена Прусской Академии наук. Книга называлась очень «научно» и посвящена была самому узкому предмету: «Система спряжения в санскрите в сравнении с греческим, латинским, персидским и германским языками».

В языках, которые сравнивал Франц Бопп, совпадали сравнимые части слов — в первую очередь корни. В этой книге было высказано и убедительно обосновано предположение: древние языки Европы и Индии происходят от единого древнего праязыка! Крупный, по заслугам известный ученый, Франц Бопп не стал бы делать скоропалительных выводов. У него были самые серьезные основания утверждать то, что он вводил в науку.

Этот праязык Бопп назвал «индогерманским», а потомков этого праязыка — индогерманцами.

С выводами Боппа согласился датский ученый Р. Раек, — да, существовал общий праязык! Но только Раек назвал древний праязык более широко — «индоевропейским».

Это действительно более правильное название: ведь сам же Бопп вскоре, в 1835 году, включил в число индо-германских языков славянские, кельтские и армянский.

Рождение индоевропеистики

В исследование индоевропейских языков включились ученые почти всех европейских народов. Одно их перечисление звучит как перечисление «звезд» мировой филологии и лингвистики.

Р. Рот, К. Пенка, Г. Коссинна, Ж. Ландэ, А. Шлейхер, О. Н. Трубачев, В. Н. Топоров, Вяч. Вс. Иванов, Ж. Дюмезиль, Ф. Б. Кёйпер, В. Г. Эрман, Т. В. Гамкрелидзе, И. Шмидт, А. А. Потебня…

Впрочем, звучание звездных имен можно продолжать еще долго.

Индоевропеистика очень быстро сделалась «ведущей во всех отношениях областью сравнительно-исторического языкознания, образцом для исследования других родственных групп языков».

Почему? Одна причина очевидна: европейские ученые исследовали хорошо известные им языки… По крайней мере, они отталкивались от изучения прекрасно известных им языков; один из индоевропейских языков всегда был родным для исследователя — будь то немецкий, датский или французский. Другие индоевропейские языки были им хорошо знакомы — ведь образованные люди всегда старались изучать «основные европейские языки» — английский, французский и немецкий. Хотя бы один из них.

B XVIII и ХIХ веках в Европе лидировала Франция — признанный центр науки и культуры. Французский был языком международного общения — его знали образованные люди во всех странах Европы, на нем велись международные документы. До 2003 года иностранные паспорта велись на французском языке, и фамилия автора этой книги при выезде в Германию писалась как Bourovskyi — с соблюдением норм именно французского языка. По-немецки я был бы Burovsky или Burowskiy!

Английский язык стал необычайно важен после Первой и особенно после Второй мировой войны — когда он стал языком международного общения: как до него был французский.

С середины ХIХ века и до конца Второй мировой войны Германия оставалась страной университетов, профессуры и ведущих достижений в науке. Без преувеличения, мировая наука делилась на две неравные части — немецкая наука, ведущая, и… и вся остальная. Немцы лидировали в области медицины, инженерного дела, физики, химии, наукоемких технологий — тех областей практической деятельности, которые тесно связаны с наукой, требуют долгого учения, высшего образования, напряженной умственной работы.[6]

Знать немецкий язык было очень удобно, чтобы сразу знакомиться с последними и самыми важными исследованиями в своей области: ведь и ученые из других стран старались печататься в Германии.

Не случайно русское дворянство старались учить именно французскому и немецкому языкам — они действительно были важнее всех остальных (как сейчас важнее всех все-таки именно английский, а не персидский и не датский, а также не русский).

Язык древних римлян, латынь, оставался языком науки до конца ХVIII — начала ХIХ века. На латыни общались ученые на конференциях и конгрессах, на латыни печатались книги, предназначенные для ученых разных стран. Вся биологическая систематика построена на латинском языке. Все анатомические атласы не особенно понятны без латыни: ведь названия костей, мышц и сухожилий, физиологических процессов и заболеваний тоже основаны на латыни. К концу ХIХ века латынь утратил прежнее значение, но это ведь тоже индоевропейский язык!

Классическое образование XV-ХIХ веков предполагало, что всякий образованный человек, кроме двух-трех живых языков, обязательно должен изучить один или два мертвых: латынь и греческий, языки античного мира. Если и не оба, то уж латынь — обязательно! В течение XIХ века росло число ученых, получавших неклассическое образование, но очень многие из них все же с детства знали один или два мертвых языка. Оба — индоевропейские.